Что такое ритуал.

Ещё один отрывок, гораздо более лёгкий для чтения - введение к книге "Ритуал в Древней Месопотамии" В.В. Емельянова . В своё время - 10 лет назад, когда книга вышла - меня не удивляло, когда я находила созвучные моим взглядам мысли у древних китайцев или умеренно древних японцев, но удивило, что я встретила их у современника, написанные "как бы между делом", в введении к интересующей меня книге.

Что такое ритуал?

В современной культуре слово «ритуал» произносится так же часто, как и само слово «культура». Говорят, что ритуал - это обряд, ритуал - это магия, ритуал - основа всех религий, ритуал - это синоним этикета и хороших манер и что вся культура человечества начинается с ритуала. С другой стороны, сколько раз нам приходилось слышать, что обряды и ритуалы выхолащивают подлинную религиозность человеческого отношения к миру, что они мешают человеку стать свободным, сковывают его поведение и: сужают сознание. Что первичнее - ритуал или миф, движение или слово? Спору этому уже больше столетия, а он привлекает все новых участников и грозит стать бесконечным. Есть ли ритуалы у животных, или это присущая только человеку форма культурной деятельности? Биологи стоят на стороне животных; социологи и этнологи защищают людей. Нужен ли ритуал в наши дни, или это всего лишь пережиток прошлого, один из тех предрассудков, которые любит человечество, с наслаждением и ностальгией вспоминающее свое детство? Если не нужен, то как обойтись без свадьбы, похорон, без веселых праздничных застолий, без строгого дипломатического церемониала, без торжественной встречи высоких гостей на правительственном уровне? Что может (и может ли?) заменить в этих случаях ритуал?

Получается, что ритуал - это и праздник, к скорбь, и церемония, а если обобщить, то это выстраивание событий жизни в определенном порядке и забота о том, чтобы этот порядок никогда не нарушался. А почему нам так необходимо, чтобы он не нарушался? Потому что есть какое–то внутреннее ощущение справедливости, правильности этого порядка, и правильность эта заключается в том, что наши действия (как внешние жесты, так и душевные движения) должны максимально соответствовать внешней ситуации, т. е. они должны быть ответной реакцией на нее и одновременно содержать некий элемент ее предварения. Человек, участвующий в ритуале, - наполовину губка, впитывающая и оставляющая в себе вещество события, и наполовину маг, заклинающий событие наступить и воплотиться благоприятно для его участников.

Для современного светского человека участие в ритуале - не более чем череда бессмысленных действий и слов, выполняемых и произносимых то ли потому, что так делали предки, то ли по прямому приказанию начальства (если, конечно, речь не идет о празднике). Поэтому «ритуала, «обряда и «праздник» для него - одно слово, «ритуал» и «похороны» тоже что–то близкое, потому что бюро ритуальных услуг занимается вовсе не проведением свадеб; «ритуал» и «магия» объединяются в его сознании образом шамана, заклинающего духов и стучащего в свой бубен. Для человека верующего слова «ритуал» не существует, оно заменяется на «обряда или «служба», а ритуалом назовут разве что богопротивную сатанинскую мессу или службу другой религии. Для обремененных знаниями людей науки слово «ритуал» - столь многозначно, что все варианты его понимания требуют большой статьи в энциклопедии.

Что же такое «ритуалу как понимают его происхождение, сущность и свойства ученые различных специальностей и какие классификации ритуалов существуют в науке? Попробуем разобраться. Само это слово пришло к нам из санскрита, в котором есть корень ар - «приводить в движение, двигаться». Причастие от этого глагола puma как прилагательное означает «соответствующий, подходящий, правильный, праведный», как существительное - «закон (круговращения вселенной)», «порядок», «истина», «священный обряд» и «жертвоприношение». Впервые это слово встречается в древнеиндийских гимнах богам - Ригведе. Исследователь Ригведы Т. Я, Елизаренкова так определяет значение слова puma в контексте жизни древних ариев: «Закон круговращения вселенной регулирует правильное функционирование космоса и жизнь ария одновременно. По закону puma восходит и заходит солнце; одно время года в установленном порядке следует за другим. Все повторяется, как было в незапамятные времена, и, следуя закону puma, человек воспроизводит цикличность космических явлений в цикличности ритуала, поддерживая тем самым порядок в космосе и в человеческом обществе и создавая условия для нормальной и успешной жизни всего племени. Puma является одновременно и этическим законом в обществе ариев. Хорошо и правильно то, что этому закону соответствует: почитание арийских богов и принесение им жертв; награждение жрецов, совершающих жертвоприношение, и поэтов–риши, создающих молитвы; покорение племен, не почитающих арийских богов, и захват их богатств. Все эти понятия с отрицательным знаком относятся к области анрита. То есть плохо и неправедно непочитание арийских богов, непринесение им жертв, скупость в отношении жрецов и риши и т, д» (1, 456-457). Однокоренными с санскритским понятием рита являются и такие индоевропейские слова, как английское right «право», art «искусство», rite «обычай, обряд», русское «ряд», «обряд», «порядок». Современный научный термин ««ритуал» происходит из латинского языка, в котором есть существительное ritns «обряд, службам и образованное от него прилагательное ritualis «обрядовый».

В настоящее время изучением ритуала занимаются этнографы, социологи, историки, филологи, философы, психологи и психиатры. Все они рассматривают ритуал как одну из форм культурной деятельности человека, Однако с появлением науки этологии, предметом которой является поведение и зачатки сознания у животных, ритуал стали серьезно изучать зоопсихологи. И теперь все бесчисленные подходы к ритуалу можно разбить на две группы по критерию изучаемого объекта: ритуализм поведения животных и ритуальное поведение человека. Начнем все же с человека, каким его видят социологи и этнографы.

Самые первые исследователи ритуала были склонны негативно оценивать этот феномен; они напрямую связывали его с религией и религиозным сознанием, а к этим последним относились как к пережиткам культуры. Так, У. Робертсон–Смит однозначно определял ритуал как религиозную практику; Б. Малиновский связывал ритуал с потребностью человека в чудесах, проистекающей из ощущения своей ограниченности, и формулировал его как традиционно разыгрываемое чудо; Э. Дюркгейм счел возможным рассматривать ритуалы как правила поведения, которые предписывают, как человек должен себя вести в присутствии священных объектов. Однако в то же время ряд исследователей склонны были рассматривать ритуал как явление социально–политической жизни. Например, А. Р. Радкдифф–Браун утверждал, что объектами, которым придается ритуальная ценность, являются предметы, социально значимые для мирских, практических целей, и что обычно ритуальной ценностью обладают предметы роскоши; А. ван Геннеп и М. Мосс показали, как ритуал отражает и выражает экономические категории (жертва, дар, обмен) и половозрастные характеристики (инициация и обряда перехода) человеческого коллектива на ранних этапах его существования.

Со второй половины двадцатого столетия религиозно–символический и предметный аспекты ритуала стали очевидны для этнологов, и на первый план вышли проблемы коммуникации и социализации как функций ритуального действа, поиски ритуального языка и стиля. Р. Фирт понимает под ритуалом определенные установленные действия, которые совершаются с целью повлиять на действительность, имеют символический неэмпирический характер и, как правило, социально санкционированы. Р. и К Берндты определяют ритуал как обряд, магический или религиозный, который является стилизованным и символическим действием, причем действие это исполняется для достижения определенных целей в земной или в загробной жизни. В определении В. Фукса, ритуал - это социально регулируемая, коллективно осуществляемая последовательность действий, которые не порождают новой предметности и не изменяют ситуацию в физическом смысле, а перерабатывают символы и ведут к символическому изменению ситуации. Как бы резюмируя эти точки зрения, Дж. и А. Тодорсоны дают два определения ритуала. По их мнению, это: 1) культурно стандартизованный набор действий символического содержания, совершаемый в ситуациях, предписываемых традицией; 2) символическое поведение, повторяющееся в определенные периоды времени, выражающее в стилизованной явной форме определенные ценности или проблемы группы (или индивидуума) (более подробно см. 2, 5-38).

Таким образом, с точки зрения социологов и этнографов, существует ритуал традиционной культуры и ритуал современной социальной труппы; причем если в первом случае ритуал составляет основу поведения и сознания человека, то во втором ритуализация поведения возможна лишь на короткий промежуток времени, а сознание или вовсе не вовлечено в этот процесс, или частично включилось в него для отработки некоторых комплексов. Ритуализация помогает человеку органично существовать внутри своей родной культуры, встроиться в систему социальных отношений иной культуры; через ритуал постигаются тайны социальных иерархий и субкультур. Революции совершаются с целью преодоления всего ритуального и привычного, но спустя короткое время их вожди изобретают собственные ритуалы, которые укореняются в обществе и сперва становятся желанными, а затем - прискучившими и не имеющими отклика в душе, И тогда на смену старым ритуалам приходят новые, и все повторяется сначала. Человек не может прожить совсем без ритуалов. Верующий убежден, что если изо дня в день повторять один и тот же набор слов и жестовых комбинаций, то Бог поможет изменить жизнь - или сознание просветлится, или снизойдут небесные ангелы–хранители. Помнится, в фильме А. Тарковского «Жертвоприношение» отец рассказывает сыну притчу о монахе Иване Колове, который каждый день в одно и то же время поливал сухое мертвое дерево, и через некоторое время оно дало листья. Действие как символ жизни - вот главная тема притчи. И Аристотель, столь любимый средневековыми схоластами, тоже говорил, что движение - это жизнь. Значит, для верующего ритуал означает активное действие по преобразованию существующего (сущего) в то, что должно быть. То, что скептику кажется лишь бессмысленным повторением, для человека, живущего внутри ритуального круга, есть приближение действительности к ее идеалу, причем приближение временное, так как действительность любит уходить от прямого и должного по кривым путям своего случайного и непродуманного выбора. Для человека, лишь внешнего ритуалу, в нем нет ничего, кроме беспросветной скуки или предмета для ученого любопытства. Однако, с точки зрения общества и культуры, едва ли найдется что–то более целительное, соединяющее людей в мир, чем ритуальное поведение и ритуальное сознание.

Какими бывают ритуалы? Первым на этот вопрос попытался ответить французский социолог Э. Дюркгейм. Согласно его классификации, все ритуалы делятся на отрицательные и положительные. Отрицательные ритуалы представляют собой систему запретов, призванных разделить мир сакрального и мир профанного. В одних случаях запрещено принимать пищу, в других - касаться запретных предметов, в третьих - выполнять определенную или всякую вообще работу. Положительные обряды совершаются с противоположной целью - не разделять два мира, а приблизить верующего к миру священного. Дюркгейм подразделяет их на имитационные, коммеморативные и искупительные ритуалы. Имитационные ритуалы - воспроизведение действий сил сакрального мира и приобщение людей к этим силам (например, совместная трапеза с богами) через такое воспроизведение. Коммеморативные ритуалы воспроизводят наиболее значительные события из жизни божеств и общины, как бы воскрешая прошлое на период их проведения (например, новогодний обряд). Искупительные совершаются с целью искупления или смягчения последствий святотатственного поступка. Дюркгейму также принадлежит определение и описание основных функций ритуала. Таких функций, по его мнению, четыре: социализирующая (дисциплинирующая, подготовительная), интегративно–коммуникативная (организующая чувства и настроения коллектива, приводящая его к состоянию нераздельной общности), воспроизводящая (поддержание традиций, норм и ценностей коллектива) и психотерапевтическая (создание психологического комфорта бытия, некоей «эйфории» в коллективе).

Немало попыток классификации ритуалов было и после Дюркгейма (в основном они принадлежат американским и французским ученым). Выделялись ритуалы календарные (смена фаз луны, месяцев, сезонов года), переходные (рождение, инициация, брак, интронизация, смерть), кризисные (вызов дождя или мольба прекратить потоп), презентационные (проявление уважительного отношения с целью вовлечения в социум). Существует и более простая классификация ритуалов: календарные (совершаемые каждый год в одно время внутри общины), семейно–возрастные (совершаемые по достижении определенного возраста внутри семьи) и окказиональные (совершаемые по частному поводу и в заранее не определенное время). Все попытки последюркгеймовского вычленения функций ритуала были обобщены К. Сарингуляном, который предложил сгруппировать их в соответствии с реализацией двух противонаправленных тенденций динамического механизма культуры: отдаления и приближения (в его терминах, дистанцирования и аппроксимирования). К группе функций, выражающих дистанцирующую направленность культуры, он отнес такие, как поддержание иерархии социальных статусов (стратификация); подавление импульсивности поведения индивидов и канализирование их эмоций (деонтизация); членение времени (хронометрия); сублимация психических напряжений (социальная психогигиена). Среди аппроксимирующих функций, т. е. снимающих дистанции между людьми и людьми, между людьми и временем, находим функцию интериоризации социокультурных норм, утверждения групповой солидарности, фиксации и воспроизводства исторически сложившихся знаковых систем, установления информативного и эмоционально–психологического контакта с прошлым (мемориализация), также функцию инициации и т.п. (2, 5–38; 3; 4).

Особую роль в развитии исследований ритуала играют работы российских и зарубежных структуралистов и семиотиков, рассматривающих это явление культуры в аспекте структурной лингвистики и семиотической теории символа. В, Я. Пропп в книге «Русские аграрные праздники» составляет полный реестр ритем - ритуальных действий и событий восточнославянского аграрного календаря, пытаясь определить природу каждого обряда на основе анализа постоянных элементов его структуры. Ритуал для него связан прежде всего с предварением события, с его магическим вызыванием и потому обращен в будущее (5). Для К. Леви–Стросса «ритуал не есть реакция на жизнь. Он есть реакция на то, что из жизни сделала мысль. Он не соответствует непосредственно ни миру, ни опыту мира; он соответствует лишь тому образу, в котором человек мыслит мир» (6, 605), В исследованиях В. Н. Топорова ритуал является сводом правил организации сакрализованного мира; он восстанавливает, обновляет и усиливает все, что к концу цикла приходит в упадок, убывает и стирается из памяти: «Замыкая собой диахронический и синхронический аспекты космологического бытия, ритуал напоминал о структуре акта творения и последовательности его частей, как бы переживал их заново, но с усилением и тем самым верифицировал вхождение человека в тот же самый космологический универсум, который был создан „в начале"».

Топоров пишет о возможном ритуальном происхождении человеческого языка и о его связи с символическими средствами коммуникации у животных, «имея при этом в виду, что именно ритуал был тем исходным локусом, где происходило становление языка как некоей знаковой системы, в которой предполагается связь означаемого и означающего, выраженная в звуках. Многое, видимо, свидетельствует о том, что ритуал (во всяком случае, тот „предритуал", который находит себе место и вне человеческого общества, например у приматов, некоторых видов животных и насекомых, образующих коллективы, и т.п.) древнее языка, предшествует ему и во многих важных чертах предопределяет его» (7, 15, 21). Ю. М. Лотман писал о двух этапах эволюции семиотического универсума: дописъменном и письменном. На первом этапе человек искал знание о порядке, в котором организована жизнь. Он следовал той стратегии поведения, на которую ему указывали приметы или результаты гаданий. Поэтому высоко ценилось умение распознавать естественные знаки природы, заложенные в окружающих человека вещах и явлениях.

Память коллектива в такой ситуации ориентировалась на повторение одного и того же набора действий я слов, от которых ожидали повторения прежних благоприятных примет, гарантировавших психологическую устойчивость и жизненное благополучие. После изобретения письменности на смену тотальной знаковости пришли специализированные знаковые системы, и культура начала ориентироваться на выработку новых текстов, а не на воспроизведение уже известных, поскольку письменный текст предоставляет человеку возможность оригинального авторского творчества, идеи которого в силу свойств письменности не будут сведены к уже известным общественным идеалам. Письменность порождает историю и художественное творчество - сферы сознания, объектами которых являются всякого рода изменения и отклонения от порядка. Таким образом, основным семиотическим конфликтом, по Лотману, является конфликт между ритуалом и письменностью, между миром естественных знаков и коллективной традиции и миром свободы индивидуального творчества внутри специализированных знаковых систем {8, 344–356).

Ученик Лотмана А. К. Байбурин изучает ритуал как символическую форму поведения, имеющую свою грамматику, синтаксис и лексику, т. е. представляющую собой особый текст. Для него «ритуал является высшей формой и наиболее последовательным воплощением символичности. В ритуале конструируется особого рода реальность - семиотический двойник того, что было „в первый раз" и что подтвердило свою высшую целесообразность уже самим фактом существования и продолжения жизни. Ритуальная реальность с точки зрения архаического сознания - отнюдь не условность, но подлинная, единственно истинная реальность. Ритуал как бы высвечивает те стороны вещей, действий, явлений, которые в обыденной жизни затемнены, не видны, но на самом деле определяют их суть и назначение. В обыденной жизни доминирует „внешнее" (экстенсивное) распространение себя: дом, орудия труда, транспортные средства и т.д. - типичные примеры такого распространения человека и органов его тела. В ритуале представлен иной тип освоения: человек распространяет свою внутреннюю сущность, свою мысль, способность к творчеству. Не случайно ритуал все чаще рассматривается в качестве первоисточника будущих искусств, науки и философии» (2, 16–17). Для Байбурина ритуал и обычай - вовсе не синонимы, а крайние точки на шкале символических форм поведения. Обычай регламентирует повседневную жизнь, ритуал же - символическую область поведения, касающуюся выживания и благополучия всего коллектива. И вырождение ритуала происходит именно тогда, когда он начинает подстраиваться под быт.

Таковы идеи и подходы представителей гуманитарных наук. Социологи особенно настаивают на коммуникативной и социализирующей функции ритуала, на его непосредственной связи с жизнью человеческого общества; семиотики, напротив, склонны понимать ритуал как текст и как явление, скорее порожденное мыслью человека, нежели его непосредственным социальным опытом. Позиция В, Н. Топорова уникальна, поскольку язык и текст, которые все текстологи ставят во главу угла, он возводит к ритуальному символизму, существующему в самых разных организациях животного мира, а социальный опыт - к досоциальному поведению насекомых и млекопитающих. Тем самым он наводит мосты между гуманитарной и отологической интерпретацией ритуала.

В медицине и биологии ритуализм человека изучался психиатрами и физиологами, которые во второй половине двадцатого столетия передали эстафету специалистам по поведению животных. Исключительный вклад в понимание психофизиологических аспектов формирования ритуального поведения внес российский психоневролог С. Н. Давиденков. Он поставил своей задачей понять, «каким образом первобытный человек, обладавший наблюдательностью и основывавший свои выводы, конечно, на опыте, мог сделаться адептом, и притом столь упорным, нелепого магического ритуала? В том–то и дело, что эта презумпция о безрезультатности ритуала вовсе не обоснована. Ритуал, хотя и бессмысленный, вполне достигал цели, ради которой он предпринимался».

Взяв за основу учение И. П. Павлова о двух сигнальных системах, Давиденков делит людей на два типа - художественный и умственный. «Первый тип характеризуется живым и эмотивно ярко окрашенным непосредственным восприятием действительности и обычно идет рядом с достаточной силой подкорки; второй характеризуется отвлеченностью, рассудочностью, а часто и излишним умствованием, в то время как непосредственная, действительная жизнь представляет часто для такого рода субъектов непреодолимые затруднения». Люди умственного типа, по Давиденкову, склонны к психастении, люди художественного - к истерии. И обоим этим типам могут быть свойственны явления навязчивости (обсессия), порожденные инертностью в работе нервных центров: «В самом деле, что делает с точки зрения динамики корковых процессов тот самый спешащий домой австралиец, который обламывает ветку дерева, чтобы остановить солнце? Он находится в состоянии тревоги вследствие застойной и аффективно окрашенной работы определенных кортикальных комплексов, эта тревога его мучает и ему мешает; гипертрофируясь, она начинает приобретать черты обсессии, и тогда человек создает в коре своего мозга новый пункт концентрации раздражительного процесса и использует отрицательную индукцию из этого второго очага, чтобы успокоить остальную кору мозга. Тем самым он уничтожает чувство мешающей ему тревоги, и, стало быть, лучше может руководить своими действиями и, конечно, получает больше шансов попасть домой до захода солнца. Достиг ли ритуал своей цели? Конечно, да, и австралиец, повторяя то же действие в следующий раз, с полным правом может быть рассматриваем как человек, обосновывающий свои поступки на опыте и наблюдении» (9, 25–26, 63–64).

По мнению Давидеикова, жизнь в архаическом мире выдвигала на первый план людей художественно–эмоционального типа, формировавших культуру в аспекте синкретического культового действа, каковым и был встроенный в религию ритуал. Кроме того, развитие человеческого общества препятствовало свободному ходу естественного отбора, и вследствие этого инертные, слабые и неприспособленные к жизни люди, страдавшие навязчивыми состояниями и фобиями, получили возможность транслировать свои страхи на поведение и сознание более сильных членов общества. Поэтому ритуалы и возобладали в человеческой культуре. Таким образом, Давиденкову ритуал представляется объектом психопатологии. Он возникает как следствие навязчивых состояний у инертных и склонных к фобиям людей и впоследствии принимает форму культа, создаваемого представителями художественного типа в качестве обоснования для существования в обществе слабых и склонных к психическим болезням его членов. Ритуал в этой концепции является тормозом эволюции и естественного отбора, и он же - первое свидетельство возникновения культуры. Значит, слабость и страх, по этой теории, явились могучими двигателями культурного развития человечества, а культура возникает как символическое средство преодоления естественных недостатков.

Если же ритуал может рассматриваться в терминах физиологии и медицины, в контексте общей теории эволюции, то возникает вопрос о ритуальном поведении животных. Вопрос этот был поставлен в 60-80–х гг. прошлого столетия основателями науки этологии К. Лоренцом и Н. Тинбергеном. В частности, Лоренц выделяет четыре функции ритуализованного поведения животных, впоследствии вошедшие в человеческую культуру и преобразованные ею: коммуникация, направление, создание новых мотиваций, дифференциация видов. Лоренц пишет: «При филогенетическом образовании ритуала развитие началось, очевидно, с рецепторной стороны коммуникации; это значит, что выработались полезные для сохранения вида реакции, запускаемые движениями, которые собрат по виду так или иначе производит. Это давно известное явление называли „резонансом", „социальной индукцией" и т.д., причем не задавались вопросом, какие физиологические механизмы приводя к тому, что лошадь впадает в панику, видя другую лошадь, обратившуюся в бегство. Такое „понимание" поведения собрата по виду становится возможным благодаря возникновению некоего приемного аппарата; это и превращает определенную форму поведения в сигнал. Тем самым поведение, служившее ранее лишь другой полезной для сохранения вида функции, приобретает новую, коммуникативную функцию вследствие того, что собрат по виду его понимает» (10, 428).

Вторая функция, выделенная Лоренцом, состоит в том, чтобы предотвращать или по меньшей мере смягчать вредные для сохранения вида воздействия внутривидовой агрессии. Вместо прямого пожирания или поражения противника животное производит угрожающие действия или издает устрашающие звуки, заменяющие сам акт нападения. Однако подобная канализация функции характерна и для брачных ритуалов, не связанных с угрозой жизни для партнеров. Лоренц замечает, что в процессе ритуализации возникают формы поведения, значимые для всего сообщества и потому обязательные для воспроизведения каждым его членом. Тем самым создаются предпосылки для осуществления третьей функции - формирования ценностной, системы, связанной с ритуализованными формами поведения. Отныне признаком встроенности особи в стаю являются ее познания в сфере ритуала, готовность заменить непосредственное действие символическим и тем самым выразить свое дружелюбие и потребность в общности с братьями по виду. На этом этапе происходит как бы самоопределение особи, после чего в действие вступает функция дифференциации - запрет на скрещивание видов, пользующихся разными системами сигнализации. Точно так же, по Лоренцу, впоследствии будет обстоять дело и в человеческом обществе. Ритуал будет способствовать взаимопониманию членов коллектива, сдерживать потенциально опасные для него формы поведения (связанные как с агрессией, так и с нарушением бытовой гигиены), способствовать возникновению традиционной системы ценностей и поддерживать сплоченность группы как в плане внутренней общности, так и в смысле отличия и изоляции от других подобных групп. Таким образом, этологическое понимание ритуала побуждает нас считать его первым языком коммуникации, причиной возникновения человеческих языков и ценностных систем и, как сказал Лоренц, «смирительной рубашкой», которую надевает на человека культура. Культура в этой интерпретации напрямую смыкается с ритуалом, она служит его синонимом, поскольку самые смелые шаги человеческой мысли имеют в своем начале предыдущие формы деятельности и, будучи сделаны, они также застывают чередой форм и сигналов, воспроизвести которые стремится каждый причастный культуре человек, И культура бесконечна потому, что бесконечен меняющий свои формы и языки ритуал.

Какой же общий вывод можем мы сделать по завершении своего вынужденно краткого обзора учений о ритуале? Ритуал должно рассматривать как символическую форму поведения живых организмов, связанную с их адаптацией к условиям окружающей среды, направляющую и упорядочивающую их жизненную активности способствующую возникновению коммуникативных и ценностных систем и служащую основным материалом для образования новых форм поведения, согласованных со своими образцами. С этих именно позиций мы будем говорить о ритуале на всем протяжении нашей работы.

индивидуальные или коллективные действия, несущие социальную нагрузку и отличающиеся определенной повторяемостью элементов; способ выражения социальной солидарности .

Отличное определение

Неполное определение ↓

РИТУАЛ

ritual) - 1. Формальная деятельность, не являющаяся светской и выражающая священное и религиозное значение (см. Дюркгейм; Дуглас). В этом значении термин используется как в антропологии, так и в социологии религии. 2. "Физическая деятельность по отношению к символам" (Боукок, 1974). 3. Ежедневная практика, характеризующаяся рутинной природой и своим значением для мирской социальной интеракции. Этот термин употреблял Гофман (1972) для обозначения рутинных действий повседневной жизни.

Поэтому ритуальные действия можно расценить как явление, присущее и священной и светской сферам общественной жизни. В обоих случаях именно символическое качество является определяющей характеристикой.

Можно провести различие между ритуальным (ритуалистичным) поведением и ритуальной деятельностью. Ритуальное поведение лишено смысла, жесткое и стереотипичное. Этологи применяют данное понятие к обычным и повторяющимся действиям животных по охране своей территории. Напротив, ритуальная деятельность наполнена отдельными социальными значениями, которые в культурном отношении передаются через обычаи и традиции. Ритуальные события - отдельные и церемониальные социальные ситуации, не обязательно, но зачастую жесткие и повторяющиеся, функционирующие как консервирующая и связующая сила внутри общества. Правда, ритуалы могут быть и средствами выражения социального, политического или культурного сопротивления (см. Холл и Джефферсон, 1976) - см. Сопротивление через ритуал.

Хотя ритуальную деятельность принято изучать в рамках подходов социологии религии, она присутствует и в светском обществе. Боукок утверждал, что "категория ритуальной деятельности в социологи не является четко установленной", но предложил расширить термин на гражданские, эстетические и политические аспекты социальной жизни, а также ритуалы, связанные с жизненным циклом. Секуляризация не обязательно ведет к снижению ритуальной деятельности, которая есть в сценических видах искусства (например, в пантомиме и танце) и в гражданских церемониях (в частности, государственные похороны) - см. также гражданская религия.

Ритуалы жизненного цикла (см. Обряд перехода) продолжают иметь значение и для простых, и для сложных обществ. Рост и старение людей - это особенность, присущая всякому человеческому обществу и, следовательно, требующая социального контроля и регулирования, поэтому биологические изменения становятся социально значимыми и существенными. Ритуалы жизненного цикла применяются как для того, чтобы включить новорожденного в группу, так и для того, чтобы подтвердить продолжение существования группы в случае смерти одного из ее членов. Ван Геннеп (1909) предположил, что обряды перехода отмечают и биологические изменения, и изменения в социальном положении. Они обладают простой структурой, включающей:

(а) отделение индивидуума от старого порядка или прежних социальных условий;

(б) маргинальную или переходную стадию, которая является священной;

(в) заключительную стадию, на которой индивидуум входит в новый социальный порядок или статус.

Ритуальная деятельность, по-видимому, присутствует во всех сферах общественной жизни. Благодаря ей и индивидуумы, и группа решают проблемы, возникающие в священных и в светских аспектах общественной жизни.

Отличное определение

Неполное определение ↓

Ритуал традиционный порядок проведения какой либо церемонии. Религиозный ритуал обрядовая церемония, которой приписывается некий мистический смысл. Ритуал (биология) стандартный сигнальный поведенческий акт, используемый… … Википедия

- (от лат. ritualis обрядовый, от ritus религ. обряд, торжественная церемония), одна из форм символич. действия, выражающая связь субъекта с системой социальных отношений и ценностей и лишённая к. л. утилитарного или самоценного значения.… … Философская энциклопедия

- (лат.). Богослужебные обряды западной церкви, обязательные для исполнения, также служебник, книга с описанием церковных обрядов. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. РИТУАЛ лат. ritualis, относящийся к… … Словарь иностранных слов русского языка

РИТУАЛ, ритуала, муж. (от лат. ritualis обрядовый) (книжн.). Установленный порядок обрядовых действий при совершении какого нибудь религиозного акта. Ритуал погребения. Ритуал свадьбы. || Церемониал, выработанный обычаем порядок совершения чего… … Толковый словарь Ушакова

Церемония, церемониал, обряд; порядок, инициация Словарь русских синонимов. ритуал см. обряд Словарь синонимов русского языка. Практический справочник. М.: Русский язык. З. Е. Александрова. 2011 … Словарь синонимов

ритуал - согласно Э. Фромму символическое выражение мыслей и чувств посредством действия, общего для многих и выражающего общие стремления, основание коих лежит в общих ценностях. Различаются: 1) ритуал рациональный выражающий стремления, ценные для… … Большая психологическая энциклопедия

- (от латинского ritualis обрядовый), вид обряда; исторически сложившаяся форма сложного символического поведения, упорядоченная система действий (в том числе речевых). Выражает определенные социальные и культурные взаимоотношения, ценности. В… … Современная энциклопедия

Большой Энциклопедический словарь

Исторически сложившаяся форма неинстинктивного предсказуемого, социально санкционированного упорядоченного символич. поведения, в к рой способ и порядок исполнения действий строго канонизированы и не поддаются рациональному объяснению в… … Энциклопедия культурологии

- (от лат. ritualis обрядовый) вид обряда, исторически сложившаяся форма сложного символического поведения, упорядоченная система действий (в т. ч. речевых); выражает определенные социальные и культурные взаимоотношения, ценности. В древних… … Политология. Словарь.

Ритуал - порядок проведения обряда, в том числе похоронного. Может включать сценарий обряда, тексты речей и песнопений, описание одежды и атрибутики, репертуар сопровождения, режиссуру и ремарки к ней. Источник: МДК 11 01.2002: Рекомендации о порядке… … Словарь-справочник терминов нормативно-технической документации

Книги

  • Ритуал , Дяченко Марина Юрьевна. Дракон похитил принцессу, чтобы сотворить древний ритуал. Смертельная опасность, недоверие, предательство, борьба за любовь и свободу, вечный сюжет о красавице и чудовище, прочитанный…

от лат. ritualis - обрядовый) - исторически сложившаяся форма символического поведения. В ходе процесса рйтуализации определенные модели поведения превращаются в независимые символы, которые становятся общепринятыми в культуре. Ритуалы и мифы в культуре традиционного общества выступают основными формами, через которые сохраняется и организовывается социокультурная целостность. В самом общем плане и мировом культурном процессе можно выделить два способа организации; традиционный (иррациональный) и актуально-предметный (рациональный). В научном плане эта проблема начинает осознаваться совсем недавно, она является открытой во всех отношениях. Показателем этого обстоятельства является несоответствие намерений людей, например, религиозных, и реального состояния общества. С появлением учения о бессознательном (К. Юнг) в самом общем плане картину можно представить следующим образом. Общественная жизнь в своем сложном движении складывается как интегрированное содержание, образующееся в результате взаимодействия людей. В этом процессе возникает опыт, составляющий целостно-организованный субстрат. Он не доходит до порога осознанности, но люди инстинктивно, бессознательно на него опираются и действуют так или иначе. На внешнем уровне их действия выступают как сознательные. Но подлинная сознательность возникает только там, где цели людей реализуются в общественную практику так, как это было задумано. Наиболее развитые люди поднимаются до уровня осознания этого коллективного опыта. Они понимают, как люди должны организовывать свои общественные отношения для того, чтобы не уничтожать друг друга, а достигать те цели, которые встают перед общественным человеком в конкретный момент истории. Такие мыслители становяяся либо пророками мифологически-религиозного сознания, либо философами-вдохновителями, обладателями истины, либо великими учеными современного общества, которые создают «научную идеологию». Острейшие коллизии XX века показали, что претензия науки на абсолютную роль в современном обществе не оправдалась. Можно сказать, что в обществе продолжают действовать все те формы, отражения действительности, которые были выработаны в ходе исторического развития. В организации общества мы видим и ритуалы, и насилие, и действие законов, и свободу - все моменты культуры присутствуют в той или иной форме в нынешней социальной организации. В то же время можно сказать, что до тех пор, пока не появилась наука, в культуре главную роль играли традиции различного рода. Эти ритуалы или обряды опирались на сознание, в котором главной формой был миф. Древние мифы объясняли всю организацию людей организацией первопредка, как правило, тотемического. Сообщество должно было делать все так, а не иначе потому, что так это было у предков. Для убедительности эти предки носили сверхъестественную форму - животных, растений, великанов или абстрактных сил (молний, жизненной энергии и т. д.). Постепенно очеловечивание, культурность, степень преобразования природы привели к необходимости сменить персонажей. Животные и растения сначала получили форму культурных героев, которые учили всему людей, потом появились духовные образования (анимизм и аниматизм), которые потом воплотились в человекообразных (антропоморфных) богов. Политеизм (многобожие) в своем развитии превратился в монотеистические (единобожие) религии, которые получили, в основном, распространение по всему миру. Независимо от формы такого сознания, в отношении социальных технологий все устроено очень просто: по законам, которые известны от предков, сверхъестественных существ или богов, нужно делать так-то и так-то; и никак иначе. Кто действует правильно, в соответствии с ритуалом, тот праведник, претендует на райскую жизнь после смерти; нарушитель традиции - преступник, его ждет наказание. Миф содержит историю того, как возникло общественное или природное явление. Обычно история связана с именем персонажа, в жизни которого воплощено это содержание, эта социальная технология. Имя это носит всеобщий, родовой, сверхъестественный характер. Поэтому от имени персонажа в мифе дается «зарок» - заповедь обряда и запрет на то, как делать нельзя - «табу». Кроме этого, в такой форме сознания дается нравственная «модель» человека, который соответствует задачам технологии) его ценностные ориентации. Одним из центральных моментов является также обряд посвящения в эту культуру, инициация, мистерия или нечто подобное. Традиционная культура предполагает две категории людей: посвященные и все остальные. Посвященные становились обладателями «тайного») эзотерического знания. Как правило, посвящение для высшей «касты» (жрецы, шаманы, вожди, фараоны, цари) было очень сложным. Оно граничило со смертью, и за нарушение тайны знания, как правило, следовало смертельное наказание (в лучшем случае - отлучение и проклятие). По поводу первичности мифа или обряда ученые спорят до сих пор. Эта проблема всегда открыта. Так, в XIX веке (до 80-х г.) считалось, что миф (вера) определяют ритуал (школа мифологического и эволюционного направления: Я. Гримм, А. Афанасьев, Э. Тайлор, Г. Спенсер). С 1880 г. ряд ученых приходит к выводу о первичности ритуала, который обосновывается идеологически (У. Роберт-сон - Смит, Р. Маретт, Р. Лоуи, Н. Познанский). С 50-х г. нашего столетия точка зрения структуралистов о самостоятельности ритуала и мифа возобладала. В принципе главное заключается в том, что традиционное общество естественно порождает как мифосознание, так и ритуал.

Отличное определение

Неполное определение ↓

Loading...Loading...