Лев абрамович кассиль ход белой королевы роман с прологом и эпилогом. Кто первым появился на Земле

Лучи электрических фонариков беспомощно задыхались в мути. Совсем в стороне от уже занесённой гоночной лыжни луч одного из фонариков вдруг остановился на обломанной, ветке куста, упавшей на снег, по-видимому, недавно, так как метель ещё не успела занести её полностью. Рядом свет фонаря обнаружил ямки на месте свежих, но уже полузанесённых следов. Некоторое время круглое световое пятно от луча фонарика металось вокруг. В конусе луча, лихорадочно ощупывавшего сугроб, кишели яркие высвеченные снежинки. Потом луч уставился на ветку куста, на которой колотился на ветру зацепившийся за колючку помпон – кисточка от детского башлычка. Свет фонарика рванулся дальше по еле заметным следам, почти уже сровнявшимся с сыпучей поверхностью сугроба. Секунду-другую он петлял по сторонам и вот вздрогнул, остановился, набредя на полузанесённые детские лыжи. Ещё быстрее стал шарить вокруг в этом тёмном, словно дымящемся пространстве луч фонарика, пока в конусе света не появились очертания двух прильнувших друг к другу и совершенно белых, будто загипсованных фигур.

Полузамёрзшая Наташа, прикрыв собой от ветра Сергунка, прикорнула на руках с ним за сугробом. Девушку и мальчика уже почти занесло снегом. Оба были недвижны, в забытьи. Только свиристел ветер в сучьях кустарника да шумела яростная позёмка.

Наташу вывело из беспамятства ощущение чего-то обжигающего во рту. Она судорожно закашлялась, отталкивая руку которая вливала ей почти насильно в рот коньяк из фляжки. Ослеплённая лучом фонарика, направленного ей прямо в лицо, она ничего не видела вокруг, но сквозь тугой поток ветра и снега, нёсшийся из тьмы, до слуха её пробились обращённые к ней слова:

– Подняться в состоянии? Мальчика возьму сам.

Обопритесь на меня. Тут рядом шалаш. Я вешку поставил.

– Постойте… Это кто? – еле справляясь с окоченевшими губами, пыталась спросить Наташа.

– Потом, потом… Молчите, дышите в шарф.

Наташа почувствовала, как тёплый вязаный шарф, закинутый за её шею, ложится на лицо, прикрывая его от ветра. На мгновение она увидела в свете фонарика рукав клетчатой куртки. Блеснула на обшлаге выпуклая пуговица в форме маленького футбольного мяча. Кто-то подхватил Сергунка на руки и, оставаясь невидимым в темноте, помог подняться Наташе. Прикрывая обоих плечом, повёл сквозь толщу рвущегося навстречу ветра к полуразрушенному охотничьему шалашу. Наташа и Сергунок были уже упрятаны в это шаткое, заваленное снаружи снегом убежище, когда зловещее мутное пространство над равниной начали пронизывать уже совсем рядом лучи прожекторов и отсветы факелов. Вскоре до лыжников, участвовавших в поисках, донёсся глухой, тонущий в рёве пурги голос:

– Эге-гей! Сюда все! Обнаружил!

И замигал, вспыхивая и потухая, фонарик. На этот зов и прерывистые вспышки фонарика к шалашу со всех сторон понеслись из тьмы факелы. Прожекторы аэросаней, бродившие вокруг, скрестились на ветхом, занесённом сугробами сооруженьице. Ослепительный свет, пробившись сквозь роившиеся клубы снега, залил внутренность шалашика. Окончательно пришедшая в себя Наташа счищала снег с Сергунка, который, полуочнувшись, припал к её лицу. Ближе всех к спасённым оказались Маша Богданова, расторопный дядя Федя и вездесущий Ремизкин, В слепящем ореоле лучей, бивших им в спину с аэросаней, и как показалось сперва Наташе, дымящихся, они ворвались в шалашик. Им пришлось брать неожиданное препятствие, нечто вроде снежного порога, наметённого у входа бураном. Но когда увесистый дядя Федя, замешкавшись, наступил на этот снеговой накат, раздался приглушённый стон:

– Ой, ногу… с ноги сойдите!.. И так отморозил. И в невыносимом для глаз сиянии прожекторов из-под смёрзшейся соломы, укрытой снегом, задом к лучам, посылаемым прожекторами, выполз совершенно окоченевший Дрыжик.

Наташа глазам своим не верила. Как трагикомически кончался кошмар этого вечера!

– Это вы нас сюда? А я уж думала, конец… Спасибо…

Между тем порывы ветра заметно слабели. Перестал валить снег.

Маша Богданова прижималась к холодным щекам подруги, обнимала её, тормошила Сергунка.

– Ух, чёртушки вы наши!.. Было из-за вас делов!.. Наташенька, неужели это он тебя? – зашептала она в ухо подруге. – Смотри пожалуйста, как повезло человеку! Недаром он твой вздыхатель. Смотри-ка! Нашёл и укрыл. Ну дела… Ай, Адриан Онисимович, вы же герой, однако!

Продрогший, ослеплённый лучами прожекторов, жмурясь, отряхиваясь, ещё сам не соображая, как всё это случилось, Дрыжик бормотал, вертя в руках карманный электрический фонарик.

– Ах, оставьте, прошу! Не знаю, право… Возможно, бессознательно… Не отдаю ещё отчёта. Не окончательно ещё память восстановилась…

Донат Ремизкин, в полном раже оттирая других лыжников, лез к Наташе.

– Всё-таки нельзя ли точнее? Кто вас обнаружил первым? Вы сами сюда добрались или кто вас?.. – Он уже вытаскивал из куртки свой замусоленный блокнотик. – Кто? Мы портрет дадим на первой полосе. Ведь это какой же материал для газеты, соображаете?

Кто-то постучал ему легонько кулаком в плечо. Ремизкин обернулся.

За ним стоял на лыжах инженер Чудинов. Он глаз не сводил с лица Наташи, ярко освещённой теперь прожекторами.

– Простите, – негромко в самое ухо Ремизкину проговорил Чудинов, – я не так давно в Зимогорске, не всех знаю. Это ведь Авдошина?

– Какая такая Авдошина? – поразился Ремизкин. – Это же наша чемпионка, хозяйка снегов, как говорится, Скуратова. Вы что, не признали? Ей-богу, честное даю слово, даже удивительно!

Чудинов открыл рот, а потом захлопнул его. Стал быстро выбираться из группы лыжников.

«Определённо она. Конечно, она. Час от часу не легче. Но почему Скуратова?»

Но Ремизкин, найдя подходящий объект для излияния и видя в Чудинове приезжего, ещё мало разбирающегося по всех местных делах человека, уже настиг его:

– Как считаете, товарищ, надо в Москву сообщить? Такое происшествие в нашем районе! Это же называется именно – незаметный герой. Заголовок дадим: «Благородный поступок»… Нет, лучше: «Отвага и скромность». Правда здорово? Это звучит. Ей-богу, честное даю слово.

Чудинов пожал плечами:

– Нормально. Не всё ли равно, кто первый обнаружил? Не на соревнованиях. Важно, что столько народу бросилось на поиски, это здорово. А вообще-то, спасены– и ладно.

– Ну знаете, товарищ! – горячился Ремизкин. – Говорить теперь, конечно, легко, а вы бы вот попробовали сами.

– Я пробовал, – сказал Чудинов и ещё раз шагнул вперёд, внимательно вгляделся из темноты в лицо Наташи, которая уже совсем оправилась, раскраснелась, стояла в накинутой кем-то стёганой куртке и укутывала в тёплый шарф Сергунка.

– Она и есть, – проговорил Чудинов, отъезжая в сторону, чтобы выйти из луча прожектора, – Скуратова. Вот поди ж ты! А в Москве сказали: Авдошина из Вологды. Ничего не понимаю!..

Ремизкин уже наседал на ещё не совсем очухавшегося Дрыжика, что-то чиркал в своём блокноте.

– Так всё-таки как же это получилось-то? Неужели не помните?

– Да ведь, собственно… – бормотал, растерянно оглядываясь, парикмахер. – Тут, в общем, довольно просто получается. Следую я таким направлением… Замечаю возвышение, вижу шалашик, а меня заносит. Ну и… Разрешите в другой раз, чересчур окоченел.

И вдруг стало совсем темно. Аэросани выключили прожекторы. Интервью оборвалось. Все окутала кромешная, непроницаемая тьма.

Разговор начистоту

Была уже глубокая ночь, когда Чудинов добрался до гостиницы. Раненая нога всё время напоминала о себе, видно порядком он натрудил и разбередил её. Неожиданное открытие совершенно сбило с толку. Спасённая девушка оказалась Скуратовой, а в Москве её называли Авдошиной. Но несомненно это тогда была именно она, сердитая красотка!.. Ему запомнилось это характерное лицо, на которое он успел тогда близко глянуть через двенадцатикратный полевой бинокль. Круто выведенные щеки, чуточку вздёрнутый нос, серые глаза с выражением ребячливого своенравия и женственная, застенчиво-упрямая складка по-детски выпяченных губ.

Русский язык. 9 класс. Варианты РЯ9020190202

Прослушайте текст и напишите сжатое изложение.

Учтите, что Вы должны передать главное содержание как каждой микротемы,

так и всего текста в целом.

Текст для прослушивания

Сегодня опять стало модным иметь в доме много книг. Существует даже такое

явление – книжный бум. И книжный бум – это прекрасно! То, что люди интересуются

книгами, покупают их, даже стоят в очереди за книгами, – это же хорошо, это говорит о каком-то культурном подъёме нашего общества.

Конечно, нередко книги служат просто украшением интерьера, приобретаются изза красивых переплётов или для престижа. Например, человек покупает книги, чтобы украсить ими свою гостиную. Но ведь у него могут быть и дети, и племянники. Мы помним, как начинали великие люди интересоваться литературой – через библиотеки, которые они находили дома или у своих родственников. Так что книга когда-нибудь найдёт своего читателя.

Что касается составления настоящей, а не «показной» личной библиотеки, то я думаю, что к этому вопросу надо подходить очень ответственно. Свою библиотеку не надо делать слишком большой, не нужно заполнять её книгами «одноразового чтения», такие книги надо брать в библиотеке. Дома должны быть книги повторного чтения, классики, любимые писатели, а больше всего справочники, словари, энциклопедии, которые могут иногда заменить целую библиотеку.



(по Д.С. Лихачёву, 1985 год) (162 слова) © СтатГрад 20152016 уч.г. Публикация в Интернете или печатных изданиях без письменного согласия СтатГрад запрещена Диагностическая работа по РУССКОМУ ЯЗЫКУ 9 класс 10 декабря 2015 года Вариант РЯ90201 Выполнена: ФИО_________________________________ класс ______ Инструкция по выполнению работы Работа состоит из трёх частей, включающих в себя 15 заданий.

–  –  –

Объём изложения – не менее 70 слов.

Пишите изложение аккуратно, разборчивым почерком.

(1)Инженер Чудинов был увлечён работой и некоторое время не обращал внимания на то, что происходило за окнами бюро. (2)А тем временем сквозь всё нараставший гром и посвист метели просквозил какой-то тревожный громкий звук. (3)«Ого, метель-то разыгралась серьёзная», – подумал Чудинов, вслушиваясь в нестройный, стонущий на разные тона звук. (4)И вдруг Чудинов понял, что это гудят на заводах и ветер то доносит гудки, то заглушает их гулом бурана. (5)Чудинов подошёл к окну, но уличные фонари почему-то не горели, и вокруг было совсем темно. (6)Чудинов включил репродуктор.

(7)«Внимание, говорит Зимогорский радиоузел. (8)Повторяем наше сообщение. (9)В районе рудника и аэропорта пургой застигнут ребёнок из интерната Серёжа Орлов. (10)В аэропорте организована лыжная поисковая партия. (11)Приглашаются добровольцы-лыжники. (12)Сбор у гостиницы "Новый Урал"».

(13)Чудинов выпрямился и через секунду устремился к дверям.

(14)У гостиницы ветер рвал пламя факелов, которые держали лыжники.

– (15)Есть лыжи свободные? – спросил выбежавший из подъезда Чудинов.

– (16)А вам, товарищ, когда-нибудь приходилось иметь дело с этой снастью? – вежливо спросил дядя Федя, вспомнивший о том, что, по словам инженера Петрова, новый начальник конструкторского бюро относится к спорту как к легкомысленной забаве.

(17)Чудинов быстро отвечал:

– (18)Приходилось, изредка. (19)Карту!

(20)Дядя Федя, иронически пожав плечами, поднёс к факелу планшетку с картой:

– (21)Смотрите, чтобы вас потом самого искать не пришлось.

© СтатГрад 20152016 уч. г. Публикация в Интернете или печатных изданиях без письменного согласия СтатГрад запрещена Русский язык. 9 класс. Вариант РЯ90201 3

– (22)Как-нибудь сам найдусь. (23)Ну-ка… лыжню! – сказал он и унёсся в метельную темь, сразу с места уверенно взяв сильный ход.

(24)Вихри снега налетали с маху, слепя и на мгновение лишая дыхания, но Чудинов упрямо шёл вперёд, снова и снова звал мальчика:

– (25)Сё-ре-жа… (26)Орло-ов!.. (27)Сергей!..

(28)Внезапно откуда-то, казалось, издалека, а может быть, и совсем рядом, сквозь белую круговерть донёсся со стороны почти неразличимый слабенький голос: (29)«Ау-у!»

(30)Через минуту инженер увидел на снегу полузамёрзшего, совсем ослабевшего Серёжу. (31)У того хватило только сил, чтобы, еле шевеля губами, виновато произнести:

– (32)Я ног не чую. (33)Как я рад, что нашёлся! (34)Вы только не сердитесь. (35)Я заблудился нечаянно… (36)Вдруг мальчик потерял сознание.

(37)Подхватив Серёжу на руки и прикрывая его от метели, Чудинов направился к полуразрушенному охотничьему шалашу. (38)Мальчик был уже упрятан в это шаткое, заваленное снаружи снегом убежище, когда мутное пространство над равниной начали пронизывать лучи прожекторов и отсветы факелов. (39)Вскоре лыжники, тоже вспомнившие про этот шалаш и поспешившие к нему, обнаружили мальчика. (40)Чудинов за минуту до их прихода незаметно вышел из шалаша и молча присоединился к группе лыжников.

(41)Тем временем какой-то прыткий журналист, в полном раже оттирая других, лез к едва очнувшемуся Серёже.

– (42)Кто тебя обнаружил первым? (43)Ты сам сюда добрался или кто помог?.. – (44)Он уже вытаскивал из куртки свой потрёпанный блокнотик. – (45)Кто? (46)Мы портрет дадим на первой полосе. (47)Ведь это какой же материал для газеты, соображаешь?

(48)Кто-то сзади несильно толкнул его кулаком в плечо – журналист обернулся и увидел, что на него нахмуренно смотрел инженер Чудинов.

(49)Однако корреспондент ничуть не смутился и, обращаясь к нему, громко затараторил:

– (50)Как считаете, товарищ, надо в Москву сообщить? (51)Такое происшествие в нашем районе! (52)Правда здорово?

(53)Чудинов пожал плечами:

– (54)Нормально. (55)Не всё ли равно, кто первый обнаружил, кто помог? (56)Не на соревнованиях. (57)Столько народу бросилось на поиски, вот это здорово. (58)А вообще-то, спасли – и хорошо.

© СтатГрад 20152016 уч. г. Публикация в Интернете или печатных изданиях без письменного согласия СтатГрад запрещена Русский язык. 9 класс. Вариант РЯ90201 4 2 В каком варианте ответа содержится информация, необходимая для обоснования ответа на вопрос: «Почему Чудинов толкнул журналиста?»

1) Чудинов хотел оградить ослабевшего мальчика от назойливого внимания журналиста.

2) Чудинов хотел привлечь внимание журналиста к своей персоне.

3) Чудинов собирался ответить на вопросы, заданные журналистом.

4) Журналист оказался старым знакомым Чудинова, вначале не узнавшим его.

3 Укажите предложение, в котором средством выразительности речи является эпитет.

1) Инженер Чудинов был увлечён работой и некоторое время не обращал внимания на то, что происходило за окнами бюро.

2) «Ого, метель-то разыгралась серьёзная», – подумал Чудинов, вслушиваясь в нестройный, стонущий на разные тона звук.

3) Подхватив Серёжу на руки и прикрывая его от метели, Чудинов направился к полуразрушенному охотничьему шалашу.

4) Такое происшествие в нашем районе!

Ответ: ___________________________.

4 Из предложений 37–40 выпишите слово, в котором правописание приставки определяется её значением – «неполнота действия».

Ответ: ___________________________.

5 Из предложений 16–19 выпишите слово, в котором правописание суффикса определяется приставкой.

Ответ: ___________________________.

6 Замените разговорное слово «оттирая» в предложении 41 стилистически нейтральным синонимом. Напишите этот синоним.

Ответ: ___________________________.

–  –  –

7 Замените словосочетание «вихри снега», построенное на основе управления, синонимичным словосочетанием со связью согласование. Напишите получившееся словосочетание.

Ответ: ___________________________.

8 Выпишите грамматическую основу из того фрагмента предложения 16, который представляет собой прямую речь.

Ответ: ___________________________.

9 Среди предложений 36–41 найдите предложение с обособленными однородными определениями. Напишите номер этого предложения.

Ответ: ___________________________.

10 В приведённых ниже предложениях из прочитанного текста пронумерованы все запятые. Выпишите цифру(-ы), обозначающую(-ие) запятую(-ые) при вводной конструкции.

– А вам,(1) товарищ,(2) когда-нибудь приходилось иметь дело с этой снастью? – осторожно спросил дядя Федя,(3) вспомнивший о том,(4) что,(5) по словам инженера Петрова,(6) новый начальник конструкторского бюро относится к спорту как к легкомысленной забаве.

Ответ: ___________________________.

11 Укажите количество грамматических основ в предложении 1. Ответ запишите цифрой.

Ответ: ___________________________.

Через минуту инженер увидел на снегу полузамёрзшего,(1) совсем ослабевшего Серёжу.

У того хватило только сил,(2) чтобы,(3) еле шевеля губами,(4) виновато произнести:

– Я ног не чую. Как я рад,(5) что нашёлся! Вы только не сердитесь.

Я заблудился нечаянно… Ответ: ___________________________.

–  –  –

13 Среди предложений 1–6 найдите сложноподчинённое предложение с однородным подчинением придаточных. Напишите номер этого предложения.

Ответ: ___________________________.

Среди предложений 48–58 найдите сложное предложение с бессоюзной и союзной подчинительной связью между частями. Напишите номер этого предложения.

Ответ: ___________________________.

15.1 Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл высказывания российского лингвиста Александра Александровича Реформатского:

«Местоимение – удобное звено в устройстве языка; местоимения позволяют избегать нудных повторов речи, экономят время и место в высказывании».

Аргументируя свой ответ, приведите 2 (два) примера из прочитанного текста.

Вы можете писать работу в научном или публицистическом стиле, раскрывая тему на лингвистическом материале. Начать сочинение Вы можете словами А.А. Реформатского.

Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается.

Напишите сочинение-рассуждение. Объясните, как Вы понимаете смысл 15.2 финальных слов Чудинова: «Не всё ли равно, кто первый обнаружил, кто помог? Не на соревнованиях. Столько народу бросилось на поиски, вот это здорово. А вообще-то, спасли – и хорошо».

Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование.

Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов.

Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов.

Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

© СтатГрад 20152016 уч. г. Публикация в Интернете или печатных изданиях без письменного согласия СтатГрад запрещена Русский язык. 9 класс. Вариант РЯ90201 7 Как Вы понимаете значение слова ОТЗЫВЧИВОСТЬ?

15.3 Сформулируйте и прокомментируйте данное Вами определение. Напишите сочинение-рассуждение на тему: «Что такое отзывчивость», взяв в качестве тезиса данное Вами определение. Аргументируя свой тезис, приведите 2 (два) примера-аргумента, подтверждающих Ваши рассуждения:

Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов.

Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов.

Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

–  –  –

Выполнена: ФИО_________________________________ класс ______ Инструкция по выполнению работы Работа состоит из трёх частей, включающих в себя 15 заданий.

На выполнение работы по русскому языку отводится 3 часа 55 минут (235 минут).

Часть 1 включает в себя одно задание и представляет собой небольшую письменную работу по прослушанному тексту (сжатое изложение).

Исходный текст для сжатого изложения прослушивается два раза. Это задание выполняется на отдельном листе.

Часть 2 выполняется на основе прочитанного текста. Она состоит из 13 заданий. Ответы к заданиям 2–14 записываются в виде слова (словосочетания), числа, последовательности цифр в поле ответа в тексте работы.

В случае записи неверного ответа на задание части 2 зачеркните его и запишите рядом новый.

Часть 3 выполняется на основе того же текста, который Вы читали, работая над заданиями части 2.

Приступая к части 3 работы, выберите одно из трёх предложенных заданий (15.1, 15.2 или 15.3) и дайте письменный развёрнутый аргументированный ответ. Это задание выполняется на отдельном листе.

Разрешается пользоваться орфографическим словарём.

При выполнении заданий можно пользоваться черновиком. Записи в черновике не учитываются при оценивании работы. Баллы, полученные Вами за выполненные задания, суммируются. Постарайтесь выполнить как можно больше заданий и набрать наибольшее количество баллов.

–  –  –

1 Прослушайте текст и напишите сжатое изложение.

Учтите, что Вы должны передать главное содержание как каждой микротемы, так и всего текста в целом.

Объём изложения – не менее 70 слов.

Пишите изложение аккуратно, разборчивым почерком.

Часть 2 Ответами к заданиям 214 являются число, последовательность цифр или слово (словосочетание), которые следует записать в поле ответа в тексте работы.

Прочтите текст и выполните задания 2–14.

(1)Журналист Болотов, специальный корреспондент большой московской газеты, возвращался из далёкой командировки домой. (2)Но в дороге он получил телеграмму из своей редакции: «(3)Сделайте остановку возле станции Мураши. (4)Организуйте срочно материал о Никите Величко, спасшем от пожара больных и детей».

(5)Вскоре Болотов добрался до указанной в телеграмме станции. (6)Тут ему сразу показали избу Никиты Величко, стоявшую недалеко от станции и окружённую густыми зарослями сирени. (7)Видно, все в округе знали Никиту.

(8)Болотов не застал хозяина дома, так как Никита Величко ушёл на собрание в колхоз и ещё не возвращался. (9)Но за столом сидел мальчик лет десяти-одиннадцати, очевидно сын Никиты Величко, большеглазый, с нежным, как у девочки, лицом.

(10)Мальчик оказался не только приветливым, но и очень разговорчивым. (11)Он без устали расспрашивал Болотова о всякой всячине, угостил корреспондента горячим чаем и рассказал, как ездил со своим отцоморденоносцем в город и как их там фотографировали один раз на собрании, а потом – в цирке, рядом со слоном.

(12)Время шло. (13)Болотов разомлел от выпитого чая, а Никиты Величко всё не было. (14)Болотов начал уже тревожиться, что опоздает на поезд, который должен был прибыть на станцию через полтора часа.

– (15)Чаю ещё налить вам? – спросил мальчик.

– (16)Ну, пойми, друг, – мрачно ответил Болотов. – (17)Не чай пить я к вам за тысячу километров приехал. (18)Мне надо написать о твоём отце Никите Величко, понимаешь? (19)Может, ты мне расскажешь, как это у вас тут получилось?

– (20)А чего получилось?

– (21)Ну, пожар-то был, знаешь?

– (22)А-а, – сказал мальчик. – (23)Это у Шубиных горело. (24)А чего рассказывать?

© СтатГрад 20152016 уч. г. Публикация в Интернете или печатных изданиях без письменного согласия СтатГрад запрещена Русский язык. 9 класс. Вариант РЯ90202 3

– (25)Ну, расскажи, – терпеливо разъяснил Болотов, – как твой отец геройски спас из огня…

– (26)А папаня тогда вовсе в городе был. (27)Он к сапожнику ездил.

– (28)Ну к какому ещё сапожнику? (29)У меня в телеграмме ясно сказано: Никита Величко, спасший от пожара… (30)Может быть, у вас ещё пожар был?

– (31)Нет, пожар-то у нас один был, – усмехнулся мальчик. – (32)А вот Никит у нас целых два. (33)Первый номер, значит, – папаня мой.

(34)А другой номер, который пожёгся было, – это и есть я, Никита Величко.

(35)Мы с папаней – тёзки.

(36)Болотов тихо ахнул и откинулся на скамье к стене.

– (37)Так это ты?… (38)Вот история! (39)Это, следовательно, писать-то мне про тебя надо?

– (40)А чего про меня писать?

– (41)Как – чего! (42)Ты же герой!

– (43)Вот ещё, герой! – сконфузился Никита.

– (44)Ладно, хватит, – Болотов нетерпеливо похлопал ладонью по столу. – (45)Давай быстренько, по порядку выкладывай.

– (46)Это так вышло, случайно. (47)У Шубиных дедушка больной, безногий, и ребят маленьких двое – Лёнька и Макарка. (48)А я бегу в школу, вдруг вижу: у Шубиных по двору туман ходит. (49)А потом из-под крыши вдруг как полыхнёт! (50)В избе, слышу, криком кричат. (51)И нет никого народу в селе: все в поле ушли, потому что картошку надо было копать.

(52)Пока сбегаешь, дозовёшься, сгорят живьём. (53)Ну, я пиджаком голову обмотал да и нырнул в самый жар. (54)А в избе дыма полно, Лёнька с Макаркой по полу ползают, ревут и за дедушку цепляются. (55)Я их еле отодрал от дедушки, выволок на волю. (56)А на воле хорошо, дышать свободно. (57)И до того дышать охота!… (58)А ведь надо ещё за дедушкой, и второй раз ещё боязней идти. (59)Закрылся я пиджаком весь – и опять туда.

(60)А дедушка Шубин, как увидел меня снова, руками замахал. «(61)Куды ты, – хрипит, – Никитка, спасайся отсюда скорее! (62)Сдалось тебе чужого деда из огня вызволять! (63)Сгоришь!» (64)Я уже правда хотел было бежать, да как он сказал «чужого», так стоп на месте. (65)Я дедушке Шубину говорю:

«(66)Какой же ты чужой, раз мы тут все друг-дружкины». (67)И стал его тащить. (68)Вытащил всё-таки. (69)А пиджак прожёг весь насквозь. (70)Ну и всё. (71)И писать неинтересно.

(72)Как ни бился потрясённый его рассказом Болотов, больше Никитка совершенно ничего не мог рассказать.

– (73)Странное дело! (74)Всю жизнь вот так: подвиги совершать умеют, а рассказать толком никто не может, – взволнованно сказал ему на прощание журналист. – (75)Наверное, так и должно быть, – немного подумав, добавил он с улыбкой.

(по Л.А. Кассилю*) *Лев Абрамович Кассиль (1905–1970) – известный советский писатель, автор множества повестей и рассказов для детей и юношества.

© СтатГрад 20152016 уч. г. Публикация в Интернете или печатных изданиях без письменного согласия СтатГрад запрещена Русский язык. 9 класс. Вариант РЯ90202 4 2 В каком варианте ответа содержится информация, необходимая для обоснования ответа на вопрос: «Почему Болотов собирался взять интервью у отца Никиты Величко?»

1) Никита рассказал Болотову, как его отец спас от пожара дедушку и двух ребят.

2) Болотов хотел расспросить отца Никиты, как ему удалось воспитать такого замечательного сына.

3) Болотов узнал от Никиты, что его отец был орденоносцем.

4) Болотов ошибочно думал, что именно отец Никиты спас людей от пожара.

Ответ: ___________________________.

3 Укажите предложение, в котором средством выразительности речи является сравнение.

1) А потом из-под крыши вдруг как полыхнёт!

2) Как ни бился потрясённый его рассказом Болотов, больше Никитка совершенно ничего не мог рассказать.

3) Но за столом сидел мальчик лет десяти-одиннадцати, очевидно сын Никиты Величко, большеглазый, с нежным, как у девочки, лицом.

4) А в избе дыма полно, Лёнька с Макаркой по полу ползают, ревут и за дедушку цепляются.

Ответ: ___________________________.

Из предложений 1–7 выпишите слово, в котором правописание приставки определяется правилом: «Если после приставки следует звонкий согласный звук, в приставке пишется буква, обозначающая звонкий согласный звук».

Ответ: ___________________________.

Из предложений 72–74 выпишите слово, в котором правописание суффикса определяется правилом: «В суффиксах полных страдательных причастий прошедшего времени пишется НН».

Ответ: ___________________________.

6 Замените разговорное слово «выкладывай» в предложении 45 стилистически нейтральным синонимом. Напишите этот синоним.

Ответ: ___________________________.

–  –  –

8 Выпишите грамматическую основу предложения 6.

Ответ: ___________________________.

9 Среди предложений 1–7 найдите предложение с обособленными однородными определениями. Напишите номер этого предложения.

Ответ: ___________________________.

10 В приведённых ниже предложениях из прочитанного текста пронумерованы все запятые. Выпишите цифру(-ы), обозначающую(-ие) запятую(-ые) при вводном слове.

– Чаю ещё налить вам? – спросил мальчик.

– Ну,(1) пойми,(2) друг,(3) – мрачно ответил Болотов. – Не чай пить я к вам за тысячу километров приехал. Мне надо написать о твоём отце Никите Величко,(4) понимаешь? Может,(5) ты мне расскажешь,(6) как это у вас тут получилось?

Ответ: ___________________________.

11 Укажите количество грамматических основ в предложении 8. Ответ запишите цифрой.

Ответ: ___________________________.

12 В приведённых ниже предложениях из прочитанного текста пронумерованы все запятые. Выпишите цифру(-ы), обозначающую(-ие) запятую(-ые) между частями сложного предложения, связанными подчинительной связью.

Мальчик оказался не только приветливым,(1) но и очень разговорчивым.

Он без устали расспрашивал Болотова о всякой всячине,(2) угостил корреспондента горячим чаем и рассказал,(3) как ездил со своим отцоморденоносцем в город и как их там фотографировали один раз на собрании,(4) а потом – в цирке,(5) рядом со слоном.

Ответ: ___________________________.

13 Среди предложений 8–14 найдите сложноподчинённое предложение с последовательным подчинением придаточных. Напишите номер этого предложения.

Ответ: ___________________________.

–  –  –

14 Среди предложений 46–56 найдите сложное предложение с бессоюзной и союзной подчинительной связью между частями. Напишите номер этого предложения.

Ответ: ___________________________.

Часть 3 Используя прочитанный текст из части 2, выполните на отдельном листе ТОЛЬКО ОДНО из заданий: 15.1, 15.2 или 15.3. Перед написанием сочинения запишите номер выбранного задания: 15.1, 15.2 или 15.3.

15.1 Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл высказывания выдающегося лингвиста Сергея Ивановича Ожегова: «Высокая культура речи заключается в умении найти не только точное средство для выражения своей мысли, но и наиболее доходчивое (то есть наиболее выразительное) и наиболее уместное (то есть самое подходящее для данного случая)». Аргументируя свой ответ, приведите 2 (два) примера из прочитанного текста.

Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование.

Вы можете писать работу в научном или публицистическом стиле, раскрывая тему на лингвистическом материале. Начать сочинение Вы можете словами С.И. Ожегова.

Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов.

Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

Напишите сочинение-рассуждение. Объясните, как Вы понимаете смысл 15.2 финала текста: «Странное дело! Всю жизнь вот так: подвиги совершать умеют, а рассказать толком никто не может, – взволнованно сказал ему на прощание журналист. – Наверное, так и должно быть, – немного подумав, добавил он с улыбкой».

Приведите в сочинении 2 (два) аргумента из прочитанного текста, подтверждающих Ваши рассуждения.

Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование.

Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов.

Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов.

Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

© СтатГрад 20152016 уч. г. Публикация в Интернете или печатных изданиях без письменного согласия СтатГрад запрещена Русский язык. 9 класс. Вариант РЯ90202 7 Как Вы понимаете значение слова РЕШИТЕЛЬНОСТЬ?

15.3 Сформулируйте и прокомментируйте данное Вами определение. Напишите сочинение-рассуждение на тему: «Что такое решительность», взяв в качестве тезиса данное Вами определение. Аргументируя свой тезис, приведите 2 (два) примера-аргумента, подтверждающих Ваши рассуждения:

один пример-аргумент приведите из прочитанного текста, а второй – из Вашего жизненного опыта.

Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов.

Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов.

Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– Я здесь… Только сейчас не в этом же дело!..

– Верно, поздновато спохватилась, Наташенька, – острила Маша Богданова.

– Ребята, я хочу вам сказать… как вы можете?.. Раз такое случилось… – Низкий, грудной голос Наташи, обычно такой спокойный, заметно осел в дрожи.

– Да что уж тут сейчас говорить, – усмехнулся дядя Федя.

– Да вы слушаете? Я к вам, как к людям, а вы… – начала было Наташа, но махнула рукой и резко повернулась.

В это время, легко раскидывая всех, к дяде Феде приблизилась Олимпиада Гавриловна, вышедшая из соседней комнаты. Она была взволнована.

– Слышали? Из комитета звонили, – мальчик заблудился из интерната. Увязался за вами и пропал.

Все оглянулись на то место, где только что стояла Наташа, но было уже поздно. В резко двинувшихся стёклах вертящейся входной двери мелькнула её фигура. Вот она показалась за окном, освещённая качающимся, мутным от снегового кипения светом фонаря, и исчезла в темноте. Только медленно вращалась ещё тяжёлая входная дверь со стеклянными переборками.

Все кинулись вдогонку, но застряли в вертушке, задержались, а когда выскочили на улицу, там уже никого не было. Напрасно кричали в темноту:

– Погоди, Скуратова! Вернись, ведь мы же не знали!

– Вот, ей-богу! Не кругло как всё вышло… – приговаривал торопливо дядя Федя.

Маша Богданова схватилась за щеку:

– Ой, ребята, нехорошо как получилось! Она к нам за подмогой, а мы ей смешки. Ведь пропадёт одна. Она на лыжах кинулась, вон след. А задувает-то как, темень какая! Что делать будем? Я считаю, всем надо идти.

Кто-то ещё пробовал кричать в беснующуюся мутную тьму:

– Наташа-а-а! Скуратова-а-а! Стой!

Ветер возвращал им эти крики вместе с горстями колючего снега.

– Аболин, – распоряжался дядя Федя, – звони на рудник и в аэропорт – пускай навстречу высылают искать и по радио пусть объявят.

Не прошло и десяти минут, как от гостиницы стали один за другим уноситься в ревущую тьму лыжники с зажжёнными факелами. Вскоре ветер донёс прерывистый гудок с рудников, заголосила сирена обогатительной фабрики. Гудки то утихали, то снова взвывали, сливаясь с рёвом пурги. Тревожные голоса их давали направление тем, кто вышел на поиски пропавшего.

В парикмахерской гостиницы «Новый Урал» тётя Липа на всякий случай сунула боты Адриана Онисимовича в шкаф, заперла дверцу на два оборота, спрятала ключ в карман и стала в дверях, скрестив богатырские руки на груди, как неумолимый и бдительный страж. Тут её и застал бедный парикмахер.

– Если вы полагаете, что это меня остановит, то глубоко ошибаетесь, – произнёс он, оглядев Олимпиаду Гавриловну снизу вверх, для чего ему пришлось высоко и гордо закинуть голову.

Затем он молча обвязал шею толстым шарфом, поднял бобриковый воротник пальто и, повернувшись решительно, зашагал к дверям, где стояли у косяка лыжи.

– Ну что вы с собой и со мной делаете только! В такой мороз и без ботиков! – В отчаянии тётя Липа распахнула шкаф и брякнула к ногам Дрыжика так и подскочившие боты на резиновой подошве, сверху суконные, системы «прощай молодость», как их называют спортсмены.

Адриан Онисимович быстро напялил боты, щёлкнул застёжками, захватил лыжи и выбежал вслед за спешившими спортсменами.

Снег стучит в сердце

Разыгралась чтой-то вьюга,

Ой вьюга, ой вьюга,

Не видать совсем друг друга

За четыре за шага.

Увлёкшийся работой Чудинов некоторое время не обращал внимания на то, что происходит за окнами бюро. Он только спустил шторы, когда стало посвистывать в щелях окон и задувать в комнату холодными струйками ветра. Работа шла хорошо. Чудинов уже предвкушал, как назавтра он сперва распечет слегка своих чертёжников (очень уж усердствовать не стоило, он всё-таки помнил, что такое для истого болельщика день больших состязаний), а потом покажет, как он разработал новое задание.

Но тут что-то заставило его прислушаться. Сквозь все нараставший гром и посвист метели, шаставшей снегом снаружи по стенам здания, просквозил какой-то тревожный, ноющий звук. «Ого, метель-то разыгралась серьёзная», – подумал Чудинов, вслушиваясь в нестройный, стонущий на разные тона звук, который рвался снаружи. Воющий рёв метели как бы подчинялся этому странному звуку, становился то громче, то слабее, почти замирал и вдруг опять усиливался, словно повинуясь какому-то неровному и тяжёлому биению. И вдруг Чудинов понял, что это гудят на заводах и ветер то доносит гудки, то заглушает их гулом бурана. Потом ему показалось, что откуда-то пробился далёкий частый набат. Чудинов подошёл к окну, но разглядеть ничего не мог. Метущаяся мутная мгла, в которой расплылись светлые блики вокруг фонарей, кишела за окнами. Чудинов включил репродуктор.

«…сбор лыжных поисковых партий у гостиницы «Новый Урал», – раздалось в комнате. – Они прочешут весь район рудника и аэропорта, где, по-видимому, находится заблудившийся ребёнок».

«Внимание, говорит Зимогорский радиоузел. Повторяем наше сообщение: в районе рудника и аэропорта пургой застигнут ребёнок из интерната. На спасение заблудившегося мальчика вышли лыжники из города. В аэропорте организована лыжная поисковая партия. Приглашаются добровольцы-лыжники. Сбор лыжных поисковых партий у гостиницы «Новый Урал».

Чудинов выпрямился. На секунду ему показалось, что колющая лёгкая боль резнула у него сквозь колено, но тотчас же прошла. Да и не до этого было сейчас. Он устремился к дверям.

У гостиницы ветер рвал пламя факелов, которые держали лыжники.

– Есть лыжи свободные? – спросил выбежавший из подъезда Чудинов, который уже успел побывать у себя в номере, чтобы переодеться в свою неизменную лыжную клетчатую куртку.

– Степан Михайлович, вы? Вам же трудно… Вы же…

Чудинов резко оборвал её:

– Завтра поговорим, трудно или легко. Где лыжи взять?

– А вам, товарищ, когда-нибудь приходилось иметь дело с этой снастью? – осторожненько спросил дядя Федя, уже наслышанный о том, как относится к спорту новый начальник конструкторского бюро.

Чудинов отвечал быстро, нетерпеливо:

– Приходилось, изредка.

– Ну и как, – поинтересовался дядя Федя, – получалось? У нас тут местность очень пересечённая.

– Карту! – коротко потребовал Чудинов.

Дядя Федя, иронически пожав плечами, поднёс к факелу планшетку с картой:

– Смотрите, чтобы вас потом самого искать не пришлось.

– Как-нибудь сам найдусь. Ну-ка… лыжню! – крикнул он властным и звучным голосом. Все невольно попятились, отступая. И он унёсся в метельную темь, сразу с места уверенно взяв сильный ход.

– Смотри, какой прыткий! – удивился дядя Федя. – А стойка какая, видали? Ой, братцы, это он, кажется, все темнил…


Жутко было сейчас человеку в поле. Наташа упрямо пробивалась сквозь бушующую стену пурги. Столбы крутящегося снега налетали с маху, рушились на неё, грозя свалить с ног, слепя и на мгновение лишая дыхания. Но девушка упрямо шла вперёд, низко пригнувшись, иногда примечая торчащую вешку, минутами теряя направление, вслушиваясь в гудки. Она то проваливалась в сугроб, то снова вскарабкивалась на крутогор.

Наташа была опытной лыжницей. Она даже не помнила, когда в первый раз стала на лыжи. Вероятно, почти тогда же, когда самостоятельно стала на ноги. Она привыкла к далёким лыжным переходам. Бывало так, что неделями ей ежедневно приходилось и в школу-то ходить на лыжах. Лыжи для неё были не только спортом, но и привычным способом передвижения. Прежде она никогда и не думала о том, что лыжня станет для неё тропой, где её ждала сперва слава, а потом позор. Несколько лет назад во время комсомольской лыжной вылазки на неё обратил внимание заезжий инструктор физкультуры, уговорил её выступить на областных соревнованиях. С того дня и началось. Но теперь с этим было покончено. Лыжи для неё стали снова только привычным средством для любимых прогулок.

Не раз случалось Наташе быть застигнутой в поле метелью. Но такого, как сегодня, ей ещё не выпадало. Она уже жалела, что не дождалась других лыжников, которые, конечно, теперь уже вышли тоже на поиски Сергунка.

Ничего не видно было вокруг в этом кромешном мутно-белом аду. Свирепое кишение взбесившегося снега, казалось, заполняло весь мир, и тщетно было взывать, сложив ладони рупором, проталкивая крик в этом яростно клокочущем ледяном воздухе:

– Сергуно-о-к!.. Сё-ре-жа… Орло-ов!..

Но снова и снова звала она мальчика.

Внезапно она замолкла, тяжело дыша, прислушиваясь.

Откуда-то, казалось издалека, а может быть, и совсем рядом, сквозь белую крутоверть донёсся со стороны почти неразличимый слабенький голос: «Ау-у!»… Наташа, с места развернувшись, бросилась туда, откуда послышался ей ответ. Облака снега, ринувшиеся навстречу, на мгновение ослепили её. Она зажмурилась, оборачиваясь, чтобы передохнуть, и не видела, что лыжи её уже скользят по снежному карнизу – настругу, свисающему с края оврага. Она только почувствовала вдруг, что все под ней куда-то оседает вниз, безудержно увлекая за собой, и вместе с небольшой лавиной стремглав обрушилась на дно овражка. Он был не очень глубок, но крут. Наташа сильно ушибла руку при падении. С трудом выбралась она из-под снега и только тут с ужасом убедилась, что одна лыжа у неё сломана, а без лыж в такую погоду и километра не пройдёшь. Наташе показалось, что, словно почувствовав всю её беспомощность, пурга с новым неистовством задула навстречу. Несмотря на боль в руке, Наташа кое-как выбралась из овражка и позвала Серёжу. Ей снова послышалось тихое «ау». Почти по самый пояс утопая в снегу, она кинулась на зов, выкарабкалась из сугроба. Впереди затемнел полузанесённый куст. Что-то шевелилось под ним.

Через минуту Наташа уже поднимала за плечи полузамёрзшего, совсем ослабевшего мальчика. Она пыталась поставить Сергунка на ноги, но мальчуган так ослаб и застыл, что снова валился на снег. У него хватило только сил, еле шевеля губами, произнести:

– Тётя Наташа, ты иди, а я лучше тут полежу, отдохну чуток.

Наташа грела ему своим дыханием руки, тёрла варежками щеки,теребила, отряхивала.

– Сергунок, милый… ты, маленький, никак не сможешь идти?

Он вяло отводил её руки, твердил виновато:

– Я ног не чую. Ты иди, тётя Наташа, я уже теперь не боюсь, раз ты меня сыскала. Ох, я рад до чего, что нашёлся! Ты только не серчай, что я заблудился. Нечаянно… Я больше никогда сроду не стану…

Их обоих заносило снегом. Нельзя было оставаться тут на самом ветру. Надо было найти хоть какое-нибудь укрытие. Наташа, отвернувшись от ветра, как бы упираясь в него спиной, связала лыжи Сергунка своим шарфом, соорудила что-то вроде салазок, уложила на них мальчугана и попыталась волочить самодельные санки за собой. А метель задувала все неистовее, сплошной поток плотного, как будто уже в воздухе слежавшегося снега хлестал навстречу. Буран закручивал эти хлещущие струи вокруг. И Наташе, ослабевшей, терявшей последние силы, казалось порой, что она попала в какие-то огромные, бешено вертящиеся двери и безнадёжно крутится, крутится в них и никак не может угодить в выход.

Она то и дело падала на колени, проваливаясь уже выше пояса, с трудом поднималась снова.


Метель задувала все неистовее.


Потом один раз у неё уже не хватило сил подняться…

Лыжники с электрическими фонариками в руках и с факелами, которые, словно огненные квачи, размазывали тускло светящиеся пятна в тёмном ревущем пространстве, шли со стороны городка и аэропорта, прочёсывая навстречу друг другу весь район, примыкавший к трассе недавних гонок. Они рассыпались по снежной равнине, взвихрённой бураном, обходя её двумя широкими цепями, которые, должны были сойтись, как две скобки. Зарево факелов улетучивалось в облаках несущегося снега.

Лучи электрических фонариков беспомощно задыхались в мути. Совсем в стороне от уже занесённой гоночной лыжни луч одного из фонариков вдруг остановился на обломанной, ветке куста, упавшей на снег, по-видимому, недавно, так как метель ещё не успела занести её полностью. Рядом свет фонаря обнаружил ямки на месте свежих, но уже полузанесённых следов. Некоторое время круглое световое пятно от луча фонарика металось вокруг. В конусе луча, лихорадочно ощупывавшего сугроб, кишели яркие высвеченные снежинки. Потом луч уставился на ветку куста, на которой колотился на ветру зацепившийся за колючку помпон – кисточка от детского башлычка. Свет фонарика рванулся дальше по еле заметным следам, почти уже сровнявшимся с сыпучей поверхностью сугроба. Секунду-другую он петлял по сторонам и вот вздрогнул, остановился, набредя на полузанесённые детские лыжи. Ещё быстрее стал шарить вокруг в этом тёмном, словно дымящемся пространстве луч фонарика, пока в конусе света не появились очертания двух прильнувших друг к другу и совершенно белых, будто загипсованных фигур.

Полузамёрзшая Наташа, прикрыв собой от ветра Сергунка, прикорнула на руках с ним за сугробом. Девушку и мальчика уже почти занесло снегом. Оба были недвижны, в забытьи. Только свиристел ветер в сучьях кустарника да шумела яростная позёмка.

Наташу вывело из беспамятства ощущение чего-то обжигающего во рту. Она судорожно закашлялась, отталкивая руку которая вливала ей почти насильно в рот коньяк из фляжки. Ослеплённая лучом фонарика, направленного ей прямо в лицо, она ничего не видела вокруг, но сквозь тугой поток ветра и снега, нёсшийся из тьмы, до слуха её пробились обращённые к ней слова:

– Подняться в состоянии? Мальчика возьму сам.

Обопритесь на меня. Тут рядом шалаш. Я вешку поставил.

– Постойте… Это кто? – еле справляясь с окоченевшими губами, пыталась спросить Наташа.

– Потом, потом… Молчите, дышите в шарф.

Наташа почувствовала, как тёплый вязаный шарф, закинутый за её шею, ложится на лицо, прикрывая его от ветра. На мгновение она увидела в свете фонарика рукав клетчатой куртки. Блеснула на обшлаге выпуклая пуговица в форме маленького футбольного мяча. Кто-то подхватил Сергунка на руки и, оставаясь невидимым в темноте, помог подняться Наташе. Прикрывая обоих плечом, повёл сквозь толщу рвущегося навстречу ветра к полуразрушенному охотничьему шалашу. Наташа и Сергунок были уже упрятаны в это шаткое, заваленное снаружи снегом убежище, когда зловещее мутное пространство над равниной начали пронизывать уже совсем рядом лучи прожекторов и отсветы факелов. Вскоре до лыжников, участвовавших в поисках, донёсся глухой, тонущий в рёве пурги голос:

– Эге-гей! Сюда все! Обнаружил!

И замигал, вспыхивая и потухая, фонарик. На этот зов и прерывистые вспышки фонарика к шалашу со всех сторон понеслись из тьмы факелы. Прожекторы аэросаней, бродившие вокруг, скрестились на ветхом, занесённом сугробами сооруженьице. Ослепительный свет, пробившись сквозь роившиеся клубы снега, залил внутренность шалашика. Окончательно пришедшая в себя Наташа счищала снег с Сергунка, который, полуочнувшись, припал к её лицу. Ближе всех к спасённым оказались Маша Богданова, расторопный дядя Федя и вездесущий Ремизкин, В слепящем ореоле лучей, бивших им в спину с аэросаней, и как показалось сперва Наташе, дымящихся, они ворвались в шалашик. Им пришлось брать неожиданное препятствие, нечто вроде снежного порога, наметённого у входа бураном. Но когда увесистый дядя Федя, замешкавшись, наступил на этот снеговой накат, раздался приглушённый стон:

– Ой, ногу… с ноги сойдите!.. И так отморозил. И в невыносимом для глаз сиянии прожекторов из-под смёрзшейся соломы, укрытой снегом, задом к лучам, посылаемым прожекторами, выполз совершенно окоченевший Дрыжик.

Наташа глазам своим не верила. Как трагикомически кончался кошмар этого вечера!

– Это вы нас сюда? А я уж думала, конец… Спасибо…

Между тем порывы ветра заметно слабели. Перестал валить снег.

Маша Богданова прижималась к холодным щекам подруги, обнимала её, тормошила Сергунка.

– Ух, чёртушки вы наши!.. Было из-за вас делов!.. Наташенька, неужели это он тебя? – зашептала она в ухо подруге. – Смотри пожалуйста, как повезло человеку! Недаром он твой вздыхатель. Смотри-ка! Нашёл и укрыл. Ну дела… Ай, Адриан Онисимович, вы же герой, однако!

Продрогший, ослеплённый лучами прожекторов, жмурясь, отряхиваясь, ещё сам не соображая, как всё это случилось, Дрыжик бормотал, вертя в руках карманный электрический фонарик.

– Ах, оставьте, прошу! Не знаю, право… Возможно, бессознательно… Не отдаю ещё отчёта. Не окончательно ещё память восстановилась…

Донат Ремизкин, в полном раже оттирая других лыжников, лез к Наташе.

– Всё-таки нельзя ли точнее? Кто вас обнаружил первым? Вы сами сюда добрались или кто вас?.. – Он уже вытаскивал из куртки свой замусоленный блокнотик. – Кто? Мы портрет дадим на первой полосе. Ведь это какой же материал для газеты, соображаете?

Кто-то постучал ему легонько кулаком в плечо. Ремизкин обернулся.

За ним стоял на лыжах инженер Чудинов. Он глаз не сводил с лица Наташи, ярко освещённой теперь прожекторами.

– Простите, – негромко в самое ухо Ремизкину проговорил Чудинов, – я не так давно в Зимогорске, не всех знаю. Это ведь Авдошина?

– Какая такая Авдошина? – поразился Ремизкин. – Это же наша чемпионка, хозяйка снегов, как говорится, Скуратова. Вы что, не признали? Ей-богу, честное даю слово, даже удивительно!

Чудинов открыл рот, а потом захлопнул его. Стал быстро выбираться из группы лыжников.

«Определённо она. Конечно, она. Час от часу не легче. Но почему Скуратова?»

Но Ремизкин, найдя подходящий объект для излияния и видя в Чудинове приезжего, ещё мало разбирающегося по всех местных делах человека, уже настиг его:

– Как считаете, товарищ, надо в Москву сообщить? Такое происшествие в нашем районе! Это же называется именно – незаметный герой. Заголовок дадим: «Благородный поступок»… Нет, лучше: «Отвага и скромность». Правда здорово? Это звучит. Ей-богу, честное даю слово.

Чудинов пожал плечами:

– Нормально. Не всё ли равно, кто первый обнаружил? Не на соревнованиях. Важно, что столько народу бросилось на поиски, это здорово. А вообще-то, спасены– и ладно.

– Ну знаете, товарищ! – горячился Ремизкин. – Говорить теперь, конечно, легко, а вы бы вот попробовали сами.

– Я пробовал, – сказал Чудинов и ещё раз шагнул вперёд, внимательно вгляделся из темноты в лицо Наташи, которая уже совсем оправилась, раскраснелась, стояла в накинутой кем-то стёганой куртке и укутывала в тёплый шарф Сергунка.

– Она и есть, – проговорил Чудинов, отъезжая в сторону, чтобы выйти из луча прожектора, – Скуратова. Вот поди ж ты! А в Москве сказали: Авдошина из Вологды. Ничего не понимаю!..

Ремизкин уже наседал на ещё не совсем очухавшегося Дрыжика, что-то чиркал в своём блокноте.

– Так всё-таки как же это получилось-то? Неужели не помните?

– Да ведь, собственно… – бормотал, растерянно оглядываясь, парикмахер. – Тут, в общем, довольно просто получается. Следую я таким направлением… Замечаю возвышение, вижу шалашик, а меня заносит. Ну и… Разрешите в другой раз, чересчур окоченел.

И вдруг стало совсем темно. Аэросани выключили прожекторы. Интервью оборвалось. Все окутала кромешная, непроницаемая тьма.

Разговор начистоту

Была уже глубокая ночь, когда Чудинов добрался до гостиницы. Раненая нога всё время напоминала о себе, видно порядком он натрудил и разбередил её. Неожиданное открытие совершенно сбило с толку. Спасённая девушка оказалась Скуратовой, а в Москве её называли Авдошиной. Но несомненно это тогда была именно она, сердитая красотка!.. Ему запомнилось это характерное лицо, на которое он успел тогда близко глянуть через двенадцатикратный полевой бинокль. Круто выведенные щеки, чуточку вздёрнутый нос, серые глаза с выражением ребячливого своенравия и женственная, застенчиво-упрямая складка по-детски выпяченных губ.

И надо же было случиться сегодня этому бурану! Теперь глупо уже будет у себя в бюро изображать ненавистника спорта или, во всяком случае, равнодушного к лыжам человека. Должно быть, они уже заметили его хватку и стиль, если хоть немножко разбираются в этом деле. А ко всему ещё это странное открытие: не Авдошина, а Скуратова. Не Вологда, а Зимогорск. Уж не нарочно ли это всё Евгений подстроил тогда в Москве?..

Чудинов специально задержался, чтобы не попадаться на глаза возвращающимся лыжникам. Ещё таилась смешная и нелепая надежда, что, может быть, он остался незамеченным в общей сутолоке. Стараясь не шуметь, он осторожно поставил в вестибюле лыжи, которые ему были даны дядей Федей. Но уже спешила к нему бессонная Олимпиада Гавриловна.

– И вы ходили? У вас же нога… Прямо все с ума посходили с этим! Наш-то Адриан Онисимович – и тот! Что это, верно говорят, будто он-то и разыскал? Сказывали, их там в шалашике вместе и обнаружили, куда он их приволок. А ведь скромник-то какой, не признается по сей момент полностью. Намекает, а таится. «Не помню», – говорит. Вот благородной души человек! Из-за какой-то девчонки так здоровьем рисковал. Да что здоровьем – можно сказать, жизнью! – Она было отошла, направляясь к своей конторке, потом вдруг спохватилась:– Ой, товарищ Чудинов, забыла совсем предупредить вас. Там я к вам на вторую коечку командировочного одного поместила, временно. Уж извините – переполнение.

Свет в номере был погашен, но сквозь окно проникали отблески уличного фонаря. Пурга давно уже утихла, снежная муть осела. Фонарь за окном струил ровный и мягкий свет, и можно было различить все предметы в комнате.

Осторожно, чтобы не разбудить нового жильца, Чудинов раздевался в темноте, вешал одежду не в шкаф, а на спинку стула. Потом он ушёл в ванную. Слышно было, как он там легонько ухает под душем и затем, покрякивая, обтирается полотенцем. Потом он вернулся в комнату, прошёл к своей кровати, но споткнулся о стул и с грохотом уронил его на пол.

– Ох, простите, нашумел! – сказал он смущённо.

И услышал в ответ:

– Ничего, пожалуйста. Да зажги свет, хватит тебе в жмурки играть!

Вспыхнул свет. Чудинов, невольно приоткрыв рот в изумлении, с каким-то даже явным недоверием разглядывал нового постояльца. Он даже похлопал глазами, зажмурил их на миг и снова уставился, видимо не очень доверяя тому, что видит.

– Как видишь, я.


И это был действительно я. Как я и предупреждал Чудинова, у меня нашлись дела в районе Зимогорска. Редакция получила ряд сигналов о задержке темпов строительства на самом руднике, и по дороге из Свердловска я, по распоряжению редакции, заехал в Зимогорск.

Самолёт наш садился на зимогорский аэродром уже во время начавшейся метели. Из-за снежной бури, разыгравшейся, едва мы приземлились, я весь вечер не мог добраться из аэропорта до города и решил заночевать в комнате ожидания. Мне дали чистую койку, и, усталый, я тотчас же заснул. Уже за полночь, когда буран стих, попутные аэросани, по моей просьбе, захватили меня в город и доставили в гостиницу. По дороге я услышал историю о том, как были найдены и спасены заблудившиеся. Все говорили о каком-то парикмахере.

Олимпиада Гавриловна, когда я явился к ней в гостиницу, предложила мне на выбор койки в двух комнатах. Услышав, что в номере Чудинова есть свободная, я, конечно, попросился к нему.

– Вот это да! – изумлялся Чудинов, присаживаясь против меня на своей кровати. – Ну и вечер неожиданностей! Ну что же, здравствуй, Евгений, очень рад. Только предупреждаю, у нас сейчас будет с тобой серьёзный, крупный разговор.

– Погоди, погоди, отложим большие разговоры до утра. Я устал чертовски, еле добрался сюда от аэропорта. Пурга все дороги замела… Но ты, как здесь, в общем, говорят, развил бурную деятельность?

Чудинов неожиданно перенёс своё ладное, сильное тело на край моей кровати и слегка наклонился надо мной:

– Ох, Евгений, ты мне зубы не заговаривай! Это ты, старик, меня нарочно сюда запятил.

– Благодарю покорно! Теперь уже я виноват! Ты же твёрдо решил уехать из Москвы, при чём тут я?

– Вот-вот. Как это ты тогда мне расписывал? Таёжная глушь, медвежий угол, волчьи тропы… никакого представления о спорте!.. Шут ты эдакий, чтоб тебя!.. Да тут просто дыхнуть нельзя от этих лыжников! Вообще, по-моему, тут пешком никто не ходит. Как из пелёнок стал на ноги, так и пошёл вымахивать до старости. Любой дед тебя тут на лыжах обставит. «Никакого представления о спорте!» Ведь знал же! Чего рожу воротишь?

– Что ты на меня накинулся? Ты же сам решил бесповоротно выбрать Зимогорск.

– А-а! Ты ещё издеваешься? Да? Может быть, ещё про Авдошину скажешь?

– Авдошина тут при чём? Она живёт себе в Вологде, тренируется. Недавно на областных состязаниях показала недурные результаты.

– Слушай, старик, ты, может быть, кончишь дурака валять? Ты что, меня совсем идиотом считаешь? Я ведь с тобой серьёзно говорю. Я тебя тоже хочу спросить: при чём тут Авдошина? В Москве тогда, на гонках, ты мне кого показал? Скуратову, местную чемпионку?

– Ну, это просто, значит, путаница какая-то с номерами. Мы вместе с тобой установили по списку, что это Авдошина. Просто перепутали. Ну, поздно сейчас об этом говорить. Значит, судьба такая, Степан!

– Я вот возьму сейчас эту судьбу за шиворот и вышвырну к чёртовой бабушке из своей комнаты! Что ты тогда скажешь?

– Скажу, что и у судьбы бывают свои превратности. Ты лучше мне скажи, тебе, что же, удалось до сих пор таиться?

Чудинов тяжело вздохнул:

– Да, пока держался. Боюсь только, что сегодня всё кончилось. Очень глупо вышло. Ты слышал, верно?.. Пурга, понимаешь, ребёнок один заблудился и девушка, воспитательница из интерната местного. Вот эта самая твоя Скуратова. Ну, я слышу – гибнут. Знаешь, тут уж не до принципов, люди же. И пошёл. Пришлось стать на лыжи. Они и глаза выпучили. Я тут у них гонителем спорта прослыл.

– Так, так, – протянул я, поглядывая на своего смущённого друга. – Ну, и каков результат поисков? Говорят, нашли? Благополучно спасли?

– Обнаружили, – нехотя отвечал Чудинов. – Обоих… Да уж и не так это сложно было. Район ограниченный, ориентиры хорошие. Прочёсывали густо, кто-то же должен был наскочить.

Я ещё раз внимательно поглядел ему в лицо и слегка приподнялся на подушке, опираясь на локти.

– Ага! Несложно, значит? Так. Ну, и кто же всё-таки первый обнаружил в такую пургу, или, как ты выражаешься, «наскочил»?

Чудинов встал, зевая и потягиваясь:

– Да кто-то там из спасательной партии. Там набежало видимо-невидимо, чуть весь город на лыжи не поставили. Нога вот, понимаешь, опять заныла, беда. Что ты так на меня смотришь?

Я пристально разглядывал его.

Он немножко изменился за то время, что я его не видел. Пожалуй, даже чуточку отяжелел без привычных тренировок, но всё же выглядел он у меня молодцом. Стройный, собранный, спокойный.

– Ну, чего уставился, спрашиваю! – недовольно повторил он.

Да так, вспомнил кое-что из недавнего прошлого. Карельский перешеек, например…

Чудинов резко повернулся ко мне:

– Слушай, Евгений, позабыл уговор? Ещё слово – ночуй где хочешь. Ты вот лучше скажи мне по совести другое, уважаемый специальный корреспондент, чёрт бы тебя разодрал! Ты мне объясни всё-таки, каким же это образом у нас с тобой Клавдия Авдошина оказалась Натальей Скуратовой и пребывает, вопреки твоим авторитетным сведениям, не в Вологде, а именно здесь? Что это за странная путаница с номерами, а? Твоя работа?

Так… Пришёл час ответа. Я старательно взбил подушку, устраиваясь на ночь.

– Ну что ты, Степан, на самом деле! Как я могу сам менять номера, перебрасывать лыжниц из города в город да ещё переименовывать их! Ты считаешь меня слишком всемогущим. Это не в моей власти. И вообще я устал с дороги. Спокойной ночи.

– А-а, сразу в сон потянуло? – Он несколько раз сунул меня головой в подушку. – Это ты, старик, не её, а меня, дурака, из города в город перебросил. Я тебе это припомню когда-нибудь!

– Ну что ж, приятно, когда друзья помнят добро.

– Добро? Думаешь, что обошёл меня?

– Ничего не думаю и ничего уже не слышу. Я сплю. Сплю и вижу чудный сон: снежная равнина, и ты тренируешь Наталью Скуратову, Она тебе улыба…

Тут Чудинов ударил меня по голове подушкой со своей кровати и стал легонько ею душить. В общем, я чувствовал, что гроза миновала.

Я действительно очень устал с дороги и быстро заснул.

Проснулся оттого, что Чудинов опять слегка зацепил стул, стоявший между нашими кроватями. Я видел, как Степан подошёл к стулу, осторожно, стараясь не зашуметь, снял со спинки клетчатую спортивную куртку с круглыми пуговицами, имеющими форму футбольного мяча с выпуклыми дольками.

Он взял куртку, осмотрел её и стал накручивать на палец оборванную нитку, которая свисала там, где, как я заметил, недоставало сейчас одной пуговицы. Я слышал, как он ворчал про себя:

– Эх, незадача! Сколько лет держалась – и на тебе!

Не найдёшь теперь тут такую. – Он сел на корточки, заглянул под обе кровати. – Да нет, конечно, не здесь обронил. Видно, посеял там. Ах ты, досада!

Он скосил глаза в мою сторону. Но я тотчас же зажмурился, делая вид, что крепко сплю.

Вопрос: ПОМОГИТЕ БУДУ ОЧЕНЬ БЛАГОДАРЕН! Напишите сочинение-рассуждение. Объясните, как Вы понимаете смысл финальных слов Чудинова: «Не всё ли равно, кто первый обнаружил, кто помог? Не на соревнованиях. Столько народу бросилось на поиски, вот это здорово. А вообще-то, спасли – и хорошо». вот текст (1)Инженер Чудинов был увлечён работой и некоторое время не обра- щал внимания на то, что происходило за окнами бюро. (2)А тем временем сквозь всё нараставший гром и посвист метели просквозил какой-то тревожный громкий звук. (3)«Ого, метель-то разыгралась серьёзная», – подумал Чудинов, вслушиваясь в нестройный, стонущий на разные тона звук. (4)И вдруг Чудинов понял, что это гудят на заводах и ветер то доносит гудки, то заглушает их гулом бурана. (5)Чудинов подошёл к окну, но улич- ные фонари почему-то не горели, и вокруг было совсем темно. (6)Чудинов включил репродуктор. (7)«Внимание, говорит Зимогорский радиоузел. (8)Повторяем наше сообщение. (9)В районе рудника и аэропорта пургой застигнут ребёнок из интерната Серёжа Орлов. (10)В аэропорте организована лыжная поисковая партия. (11)Приглашаются добровольцы-лыжники. (12)Сбор у гостиницы "Новый Урал"». (13)Чудинов выпрямился и через секунду устремился к дверям. (14)У гостиницы ветер рвал пламя факелов, которые держали лыжники. – (15)Есть лыжи свободные? – спросил выбежавший из подъезда Чудинов. – (16)А вам, товарищ, когда-нибудь приходилось иметь дело с этой снастью? – вежливо спросил дядя Федя, вспомнивший о том, что, по словам инженера Петрова, новый начальник конструкторского бюро относится к спорту как к легкомысленной забаве. (17)Чудинов быстро отвечал: – (18)Приходилось, изредка. (19)Карту! (20)Дядя Федя, иронически пожав плечами, поднёс к факелу планшетку с картой: – (21)Смотрите, чтобы вас потом самого искать не пришлось.

ПОМОГИТЕ БУДУ ОЧЕНЬ БЛАГОДАРЕН! Напишите сочинение-рассуждение. Объясните, как Вы понимаете смысл финальных слов Чудинова: «Не всё ли равно, кто первый обнаружил, кто помог? Не на соревнованиях. Столько народу бросилось на поиски, вот это здорово. А вообще-то, спасли – и хорошо». вот текст (1)Инженер Чудинов был увлечён работой и некоторое время не обра- щал внимания на то, что происходило за окнами бюро. (2)А тем временем сквозь всё нараставший гром и посвист метели просквозил какой-то тревожный громкий звук. (3)«Ого, метель-то разыгралась серьёзная», – подумал Чудинов, вслушиваясь в нестройный, стонущий на разные тона звук. (4)И вдруг Чудинов понял, что это гудят на заводах и ветер то доносит гудки, то заглушает их гулом бурана. (5)Чудинов подошёл к окну, но улич- ные фонари почему-то не горели, и вокруг было совсем темно. (6)Чудинов включил репродуктор. (7)«Внимание, говорит Зимогорский радиоузел. (8)Повторяем наше сообщение. (9)В районе рудника и аэропорта пургой застигнут ребёнок из интерната Серёжа Орлов. (10)В аэропорте организована лыжная поисковая партия. (11)Приглашаются добровольцы-лыжники. (12)Сбор у гостиницы "Новый Урал"». (13)Чудинов выпрямился и через секунду устремился к дверям. (14)У гостиницы ветер рвал пламя факелов, которые держали лыжники. – (15)Есть лыжи свободные? – спросил выбежавший из подъезда Чудинов. – (16)А вам, товарищ, когда-нибудь приходилось иметь дело с этой снастью? – вежливо спросил дядя Федя, вспомнивший о том, что, по словам инженера Петрова, новый начальник конструкторского бюро относится к спорту как к легкомысленной забаве. (17)Чудинов быстро отвечал: – (18)Приходилось, изредка. (19)Карту! (20)Дядя Федя, иронически пожав плечами, поднёс к факелу планшетку с картой: – (21)Смотрите, чтобы вас потом самого искать не пришлось.

Ответы:

Скину через 15 минут...

Похожие вопросы

  • Амплитуда колебания груза, подвешенного на пружине, Х 0= 2 см, максимальная кинетич??ская энергия EM=0.4ДЖ. ОПРЕДЕЛИТЬ ЖЕСКОСТЬ ПРУЖИНЫ
  • Запишите решения уравнений и проверку. х*3=96 42:х=6 62-х=30
  • Помогите пожалуйста.Выпиши только те слова из текста которые являются дополнением.Зайчиха давно ждёт Зайца.Она рассказывает сказку своим голодным зайчатам.Вдруг дверь распахнулась,и появились бельчата с лукошком орехов.Потом пришёл Ёжик с корзиной грибов.Коза принесла капусты и крынку молока.А Медведь подарил мёд,настоящий,липовый

Почему я верю, но не религиозна?

Сначала отделим зерна от плевел. Вера – это человеческая потребность, совершенно естественная и ясная. Верить – это способ понимать, познавать и пробовать на вкус окружающий мир. Не важно, как назвать то, во что, собственно, веришь – Бог или, скажем, Высший Разум, – важно, что душа работает. Ни в регулярных походах в храм, ни в ежедневном чтении молитв бог в человеке не проявляется. Это – внешнее. А проявляется бог в человеке изнутри, и называется он – совесть. Совестливый человек, рефлексирующий – значит, есть в нем та самая божественная искра. В моем понимании, если человек замечает несовершенства мира и молится, чтобы их не было – это лень. Если же человек видит в мире изъяны и стремится их исправить делом – это вера. Так что в этом смысле я человек вполне верующий.

Верующий – но не религиозный. Религия – это человеческое изобретение, придуманное для поддержания общественного порядка. Уздечка. Чаще – строгая уздечка: дернул – все испуганно присели.

Вообще идея делить бога на религии кажется мне странной. Вот мне совершенно все равно, как его зовут – Иисус, Аллах, Вишну или Сергей Васильевич, все равно, как он мог бы выглядеть – носит ли он чалму или задорное бикини в клубничках. Важнее понимание, что все происходящее вокруг – не случайный хаотичный процесс, а Система. Система закономерностей и чудес. Поэтому бог – это не тот «парень» из Ветхого Завета и не «ребятишки» из Махабхараты. Бог – это сущность выше всяких имен и персонификаций.

…Конечно, это все личное. Вероятно, есть что-то удивительно хорошее именно в религиозной системе, чего я не вижу – то ли в силу недостатка ума, то ли по недостаточной образованности или чрезмерной зашоренности. Но вижу – так. Религия – чуждо и страшно, вера – необходимо и естественно.

Тина Н.,

интернет-сообщество «Живой журнал»

Отвечает первый заместитель главного редактора журнала «Фома» Владимир Гурболиков

Мне кажется, Тина, Ваше определение веры чересчур общо. «Пробовать на вкус» окружающий мир можно через ощущения, душевные движения, которые не обязательно предполагают веру. Человек способен жить «полной жизнью», вкушать горе и радость, любить и ненавидеть; он может творить, быть великолепным художником, писателем… И при этом не иметь никакой веры, считать все, с ним происходящее, плодом своих желаний, везения-невезения, и только.

Но вера – это другое. В первую очередь – уверенность в том, что у жизни есть особый смысл, что существуют различные необъяснимые природными, биологическими, социологическими причинами ценности. Можно быть атеистом, считать: я умру, распадусь на молекулы и атомы… но верить, что мои дети будут жить при коммунизме. И ради этого коммунистического завтра убивать или идти на смерть. А можно верить иначе… Когда Христос говорит: кто положит душу за Меня и Евангелие, тот душу спасет – как это понимать? Ведь само словосочетание «спасение души» не имеет смысла вне веры! И кто-то верит в то, что есть душа, и что можно жить и умереть ради Христа, и в этом – высший смысл жизни.

Все это – вера. И на первый взгляд, действительно, кажется: во что веришь – неважно. Я сам в свое время увлекался и толстовством, и Рерихом, и Евангелием увлекался. Мне достаточно было, что в отличие от науки, которая отвечает на вопрос «как мир устроен?», существует вера со свои вопросом: а зачем существует мир? И ответ на это «зачем» – есть Бог. Мы живем, Вселенная наполнена галактиками, горит Солнце, растет трава – и всюду бог. Мне казалось, что остальное – плод человеческой фантазии. И что неважно, как верить, во что верить. Я смотрел с восторгом на мир как на бесконечную сокровищницу волшебных чудес и тайных знаков и упивался своей духовной широтой. Но стоило только столкнуться с религиозной верой, с верой как институтом – я ее сразу же начинал презирать.

Своих православных знакомых я считал чудовищно невежественными (хотя это были люди умные и образованные). Когда я слышал, что они общаются с Богом, считая Его Личностью, которой можно сказать «Ты», то внутренне потешался. Воспитание не позволяло с ними спорить, но мне казалось это крайним примитивом, величайшей наивностью.

Так я думал о христианстве, которое – независимо от того, как относиться ко Христу – безусловно пример глубокой веры. И вот какой парадокс: получалось, как только я соприкасался с христианством, мне почему-то становилось не все равно, как верить и как называть Бога.

Я принимал боксерскую стойку: ах вы, примитивные клерикалы, как вы смели присвоить Бога себе!.. Оказывалось – я не желал видеть Его глазами православных, мусульман, иудеев. И проповедуя «всеобщего бога», я оказывался вовсе не универсалистом, потому что постоянно отвергал Бога Библии, Евангелия, Корана…

Мне казалось: правда – на стороне моих мудрых друзей, равно почитавших и Христа, и Толстого, и Рериха. Меня не коробило, что Лев Николаевич ради своих идей безбожно чиркал Новый Завет и убирал оттуда все, что ему не нравилось. Мне было «очевидно», что Рерих нес истинный свет единой веры Запада и Востока – и не смущало, что его высокогорные учителя с восторгом писали «махатме» Ленину… А когда я все-таки задумался и спросил своего знакомого агни-йога, как же Ленин, истреблявший священников, оказался «махатмой», то услышал: потому что, покончив с всевластьем православия, тот очистил Россию для будущего «просвещения», грядущего с Востока. И почему-то впервые не испытал восхищения от такой широты взглядов…

Прошло много времени, и мы снова говорили, но я был уже православным. И я с болью говорил своему другу: ведь в Индии, куда едут твои единоверцы, многие из них погибают во время своих аскетических опытов! Умирают, с вашей точки зрения, без спасения! – Да, умирают, – спокойно согласился мой друг.

Его голос не дрогнул. Потому что он твердо верил, что неспасшихся ожидает «всего лишь» еще одна реинкарнация, новая жизнь – и так до тех пор, пока они не покинут колесо сансары. А я – я был уже убежден, что людей этих лишили главного – одной, данной им для спасения, жизни. Мне было страшно и горько. А моему другу – нисколечко…
***

Не могу же я согласиться с тем, что Христос и богиня Кали, для которой приносили в жертву (удушали) сотни тысяч людей – одно и то же! Вы можете, конечно, напомнить о жертвах инквизиции – да, это было в истории христианства. Но совесть христиан до сих пор неспокойна, и это само по себе свидетельство различия. Не может заболеть совесть у поклонников чудища с крокодильей головой! – они принимают его таким, каков он есть. А Христос – Сам, всем образом Своих мыслей и дел приводит к тому, что рабство – плохо; что женщина не ниже мужчины; что не должно быть разделения на «эллинов» и «иудеев»…

Человек, веруя, пытается взять пример с предмета своей веры. И тот, кто возлюбил фюрера «великого рейха», будет совершенно иначе смотреть на вещи, нежели любящий распятого Христа.

Это, быть может, не так легко объяснить сразу, в одном разговоре.

Столь же нелегко сходу убедить, что придумать то же самое христианство человеческим умом – невозможно. Знаете, Тертуллиану приписывается выражение «верую, ибо абсурдно». Непосредственно этой фразы у него нет, но он и многие другие апологеты в самые первые века христианства говорили: посмотрите, наша вера истинна, потому что ее невозможно изобрести!..
***

Недоумение по поводу такого Бога присутствовало и в другие времена, у других народов. Вот диалог из романа японского писателя середины двадцатого века Сюсако Эндо Самурай». Роман посвящен событиям XVII века, когда накануне гонений на христиан в Японии оттуда в Европу отправилась последняя японская делегация. По пути самураи посетили Мексику. И в этом эпизоде писатель рисует встречу главного героя романа с японцем, который в свое время принял католицизм, стал монахом, переехал в Центральную Америку, но здесь бежал из монастыря, видя, как испанцы избивают и мучают индейцев.

Однако, вопреки ожиданиям Самурая, японец остался верующим христианином. И вот они говорят о Христе:

– Нет, я не могу без конца думать об этом человеке, – прошептал Самурай извиняющимся тоном.

– Это неважно. Даже если вы не отдадите Ему своего сердца, Он все равно отдаст вам Свое.

– Я проживу и без этого.

– Вы в этом уверены?

Бывший монах с жалостью глядел на Самурая, теребя в руках лист…

– Плачущий ищет того, кто будет плакать вместе с ним. Стенающий ищет того, кто прислушается к его стенаниям. Как бы ни менялся мир, плачущий, стенающий всегда будет взывать к Нему. Ради этого Он и существует.

– Я этого не понимаю.

– Когда-нибудь поймете. Когда-нибудь вы это поймете.

Кстати, этот отрывок из романа Сюсаку Эндо иногда удерживает меня от отчаяния – если почему-то страдаю. Ведь страдание – это тоже путь. Оно заставляет поднять голову и посмотреть, что есть в моей жизни единственная цель, ради которой только и можно жить и умереть однажды.

Христос приходит не к благополучному – а к плачущему, страдающему. И в этом есть глубокий смысл. Страдание может вести к истине, что-то очень важное, глубокое открывается человеку в опыте страдания. Поверьте, я говорю не о вычитанном в книгах, а о реальном опыте, о том, что прочувствовал, что называется, «своей шкурой».

Когда тоска по любви и состраданию достигает предельной точки, никакой иной бог не может прийти и быть со мною. Только Христос. И мне не стыдно перед Ним за свою слабость.

Вера парадоксальна. Причем это не голое утверждение. Если Вы непредвзято прочитаете текст Евангелия, то убедитесь, что не только римляне, но даже сами ученики Христа, апостолы, не могли многого понять в происходившем. Отсюда неверие Фомы, что Христос действительно воскрес. Евангельская история «изнутри», с точки зрения ее непосредственных участников-апостолов, была, по крайней мере, до Воскресения, чередой логически не увязываемых между собой событий. Они постигались не логикой, но сердцем и живой верой. Фарисеи же, люди весьма благочестивые, но логичные, духовно-расчетливые – в конечном итоге Христа и вовсе возненавидели: вся их логичная система рушилась перед Ним, весь их авторитет, все их предписания. Спаситель оказался «не таким», каким Его представляли себе фарисеи!..

Я не представляю, можно ли придумать подобную историю. Во всех творениях литературного гения, несмотря на потрясения, моменты удивительно сильного сопереживания с автором и героями, я все же не встретил ничего сочиненного, чему можно было бы так поверить. Евангелие – уникально. А ведь у него даже нет единого автора – но почему всюду, независимо от имени повествователя или автора послания, та же сила и достоверность? Откуда?..

Вы, быть может, спросите о священных книгах других религий… Возможно, там тоже есть такие же невероятно живые вещи. И вполне возможно, все они тоже не плод авторской фантазии, а откровение, посланное с той стороны. Но для меня и в этом случае важен не только факт проявление запредельного. Прежде чем отозваться на призыв, я должен понять, чей же именно голос зовет меня.

Почему так? Когда люди начинают говорить, что бог у всех один, я как христианин задаюсь вопросом: как же я могу совместить свою веру в Христа-Бога с точкой зрения восточных вероучений, для которых слезы и жалость – проявление слабости, одна из низких черт приверженности земным страстям? Христос заплакал перед могилой Своего друга, Лазаря (которого минуту спустя воскресил)… Что это – высшее проявление любви, или недостойная Высшего существа слабость? Есть буддийская притча, как мать умершего ребенка пришла к Будде просить о помощи. Тот согласился, но при одном условии – что она принесет ему горсть земли, на которой никто никогда не умирал. Женщина поискала-поискала – и поняла наивность своей мечты. Сравните это с Христом, Который воскресил умершую девочку (Евангелие от Марка, глава 5, стихи 35-42). Как совместить одно с другим? Неужели мне, христианину, это не должно быть важно?

Да, в каждой религиозной системе есть вера в высшую силу, но у этой высшей силы слишком разные обличья, чтобы можно было успокоиться. Человек-то уподобляется именно тому, во что он верит! Если он исповедует культ богини Кали, то покоряется страшной красоте плотоядного существа, которое требует человеческих жизней, он становится жрецом-душителем людей. Что здесь общего с представление христиан о своем Боге? Может, совесть устроена по-разному?

Ведь человеку совестно не беспричинно! Совесть – словно волна, радиопередатчик, а источник сигнала, «голос диктора» – тот, в кого ты веришь.

Нацист, уверенный в том, что арийцы – сверхчеловеки, а инородцы – нелюди, может искренне мучиться совестью за грубое слово в адрес своего партайгеноссе. И при этом спокойно отправлять в газовую камеру «евреев» и «коммунистов» (независимо от пола и возраста). Почему же совесть молчит? Потому что «на другом конце провода» – не Христос, а фюрер. Если мы признаем единство Того и другого, это будет даже абсурднее, чем утверждение, что Пол Пот и махатма Ганди одно и то же, поскольку оба были политиками.

Сказать, что боги, которым люди поклоняются, едины – значит признать, что совершенно все равно, кто перед глазами человека – существо, жаждущее крови, или Мученик, проливший за нас Кровь на кресте. Согласитесь, чтобы с этим смириться, нужно что-то в себе сломать. Но сделать это я не могу. Да и не хочу.

Это нельзя. Невозможно. И потому именно, что вера, вопреки Вашему утверждению, никогда не ленива. Она соединяет в себе молитву – и стремление преобразить мир. Стремление такой невероятной силы, что перед ним отступают и власть, и стихия.

Кто из наших соотечественников молился более многих? Сергий Радонежский? Серафим Саровский? Но первый своими руками построил монастырь; он вместе с князьями решал вопрос, быть ли Куликовской битве! А второй – вовсе не «просто-отшельник». Он жил в саровском бору с послушанием сторожа монастырского леса (за что чуть не был убит ворами), трудился, принимал тысячи страждущих людей…

Если Вы реалистически посмотрите на верующих, то непременно обратите внимание: те, кто молится о несовершенном мире, обязательно пытаются этот мир изменить. И раздражать в религиозных людях может, скорее, что они слишком активны! Вот еще парадокс веры. Верующий – деятелен. Посмотрите: в наше время самые активные «герои» – это религиозные экстремисты всех мастей. Разве они не молятся? Молятся, еще как! Но то, каков плод их молитвы, лишь серьезнее заставляет задуматься: может ли быть так, что у нас с ними один Бог? Мой вывод – нет, не один и тот же. И я вновь обращаюсь ко Христу. Единственному Богу, кроме Которого иных – не знаю.

На заставке: кадр из фильма Мела Гибсона “Апокалипто”

Loading...Loading...